№3(59)
Сентябрь 2017
ISSN
1990-4126

English

«Архитектон: известия вузов» № 34 - Приложение Июль 2011

Архитектура


 Иванова Ольга Александровна

аспирант НГАХА. Научный руководитель: кандидат архитектуры, профессор В.Г. Тихов,
ГОУ ВПО "Новосибирская государственная архитектурно-художественная академия", г.Новосибирск, Россия

КОМПОЗИЦИЯ, КАК ОПРЕДЕЛЯЮЩИЙ ПРИНЦИП ФОРМИРОВАНИЯ ПЛАНОВ НОВЫХ ГОРОДОВ-СТОЛИЦ


УДК: 72.011

В статье рассматривается актуальность а создания выразительного уникального образа архитектурной среды города – столицы государства, а также различные теоретические и практические подходы в архитектуре и градостроительстве XX–XXI вв., связанные с поиском оптимальной композиционной основы для планов городов - столиц, возникающих на неосвоенной территории.

Ключевые слова: планировочная структура, градостроительная система, столичный город, проекты столиц, архитектурная среда города


Характерные для последнего столетия значительные политические преобразования, глобальные темпы урбанизации способствуют процессу усиления роли городов-столиц, как на уровне отдельного государства, так и в общемировом масштабе. Особый интерес представляют новые столичные города, получившие свой статус в силу ряда причин, связанных с политическими, экономическими, территориальными преобразованиями, демографическими, экологическими, социальными проблемами. Актуальность вопроса поиска оптимальной композиционной основы для планов городов столиц, возникающих на новом месте, обусловлена поиском выразительного, уникального образа архитектурной среды. Образа, отвечающего определенным задачам, связанным с особым статусом города. Создание запоминающегося архитектурного образа столичного города представляет собой сложный процесс решения целого комплекса утилитарно-практических и эстетических задач. Художественно-эстетическая составляющая города определяет качество его архитектурного образа. Следовательно, комплексная оценка образа города невозможна без оценки качества его композиционных свойств. Город рассматривается как единая композиционная система, состоящая из элементов, объединенных единым художественным замыслом. Иконников А.В. пишет: «…Город, как и живой организм, является системой, которую нельзя рассматривать просто как совокупность элементов и отношений между ними. Социальные функции города образуют систему, на основе которой складывается пространственная организация. Весь комплекс связей в городе пронизан взаимосвязями, а структурные отношения целого отражаются на внутренних свойствах составляющих элементов. Любые, в том числе и эстетические, качества города как целого находятся в прямой зависимости от организации всей его системы» [2].

Оценка композиционных качеств города напрямую связана с особенностями процесса восприятия архитектурной среды. Композицию плана города человек может рассмотреть только с высоты, либо в качестве графического изображения. Тем не менее, город представляет собой сложную организованную систему с определенным порядком функционирования всех ее элементов, следовательно, композиция плана является формой выражения и регулирования всех процессов жизнедеятельности города, особенностей его роста и развития. Архитектурная среда локальных уровней воспринимается человеком посредством последовательной смены видовых кадров. Существуя во времени и пространстве, человек воспринимает, ориентируется, формирует представления о городской среде, оценивает ее качества.

В архитектуре и градостроительстве город, как целостная пространственная система, с давних времен подвергался композиционному анализу. В истории проектирования существует множество примеров городов, застроенных на единой композиционной основе. Композиция становится определяющим принципом создания проектов «идеальных городов» античности (Витрувий), эпохи Возрождения (Лорини, Леонардо да Винчи), проектов XVI-XVII веков (Томас Мор, Т. Кампанелла), периода теорий утопического социализма (Э. Каабе, Р. Оуэн), формального рационализма 20-30-х годов XX века (Н. Ладовский, Ле Корбюзье).

Для начала XX века характерны классические композиции планов новых городов. Наиболее яркими примерами являются проекты, представленные на конкурс генерального плана новой столицы Австралии – Канберры в 1911 году. Лучшим тогда был признан проект У.Б. Гриффина. Композиция плана, разработанная автором, представляет структуру звездчатых центров с системой радиально-лучевых связей. Пример австралийской столицы показателен в отношении выявления жесткости и неподвижности классических композиций в системе общегородской планировочной структуры (рис. 1). Изначальная композиционно-планировочная идея была нарушена: отдельные направления не получили дальнейшего развития, не реализованы некоторые проекты. Несмотря на это, композиция центрального ядра имеет четкую логичную структуру, идеально вписанную в сложный ландшафт.

iv1.jpg

Рис.1

Теоретические изыскания градостроителей середины XX века, связанные с анализом композиционных свойств плана города, способствовали появлению подходов, основанных на анализе динамики развития города. Греческий архитектор К. Доксиадис предложил схему «динаполиса» – динамически развивающегося города (рис. 2), которую применил в проекте Исламабада (столица Пакистана). Исламабад стал столицей Пакистана в 1967 году. В 1960 году под руководством К. Доксиадиса был разработан проект новой столицы, основу которого составил план, состоящий из системы модульных квадратов (2х2 км) – жилых кварталов со своим центром. Каждый модульный квартал разделен на четыре района, имеющих собственные центры и инфраструктуру. В качестве теоретической основы композиции Исламабада Доксиадис применил ранее разработанную им же концепцию линейного развития «Динаполис». Структура концепции основана на иерархическом принципе формирования устойчивых секторов – несколько динаполисов составляют метрополис; центры нескольких метрополисов формируют мегаполис. Исламабад разделен на 8 функциональных зон, среди которых четко выделены правительственная зона, торговая зона, зона легкой промышленности.

iv2.jpg

Рис.2

 

Модуль, как единица композиции плана в градостроительстве, всегда являлась одним из самых распространенных способов формирования планировочной структуры городов. Такая модульная структура обеспечивает равномерный рост городской ткани, способствует созданию унифицированной системы единиц застройки и коммуникаций, что, в свою очередь, упрощает процесс строительства. Композиционная схема плана, таким образом, основана на четкой прямоугольной сетке транспортных магистралей, пространства между которыми являются модулем – планировочной единицей. Особенности образа архитектурной среды Чандигарха формировались под влиянием нескольких основополагающих факторов: город изначально задумывался как политический и культурный символ новой Индии и должен был отвечать всем требованиям современного крупного промышленного и торгового центра штата Пенджаб. В основу планировочной структуры легла система модулора, разработанная автором проекта генерального плана Чандигарха Ле Корбюзье (рис. 3).

iv3.jpg

Рис.3

Также впервые была реализована идея Ле Корбюзье о дифференциации транспортных магистралей, которые подразделялись на семь типов в зависимости от интенсивности движения. Структурным градостроительным элементом стал «сектор» – часть городской территории размером 800х1200 м, являющийся самостоятельным жилым кварталом [1]. Время выявило основные плюсы и минусы использования концепций модульных планировочных единиц при единовременном формировании городской ткани: при достаточно эффективном развитии зон селитебной территории архитектурная среда также становится унифицированной и однообразной.

В середине двадцатого столетия на другом материке образована новая столица Бразилии. Город построен на новом месте, буквально с чистого листа. Для строительства был выбран проект архитектора Лусио Косты, как наиболее соответствующий значению административной столицы Бразилии. Решение Косты по существу представляет собой довольно замкнутую концепцию на основе экспрессивной композиционной схемы. Динамичная форма плана напоминает птицу в полете или самолет, символизируя тем самым стремление к свободе, раскрывая характерные черты экспрессионизма (рис. 4). Несмотря на изначальную выразительность плана, его органичность и связь с ландшафтом и рельефом, планировочная городская ткань не имеет возможности роста и развития без ущерба для первоначальной композиции. Административный центр города, развивающийся вдоль одного направления, фактически отделен от жилой зоны, более того, делит ее на две композиционные ветви, которые в процессе роста города практически потеряли свои четкие очертания. «При том, что во вновь сформированных городах осуществление проектных предложений по формированию городских центров обусловлено четкой очередностью и единым стилистическим построением архитектурной среды, практика показала, что законченность функционального зонирования центра Бразилиа дала некоторые отрицательные результаты. Главный архитектурный эмоционально выразительный ансамбль – правительственный центр – оказался исключенным из внеслужебной деятельности города и в свободное для большинства населения время безлюдным» [4].

iv4.jpg

Рис.4

Из наиболее показательных и ярких примеров формирования новой столицы на основе существующего города является Астана – новая столица Казахстана. В результате конкурса на эскиз-идею генерального плана развития нового центра столицы был выбран проект японского архитектора К. Курокавы. В основе архитектурно-художественного решения эскиза плана К. Курокавы лежит принцип метаболизма (аналогия с биологическим процессом, от греч. Metabole – перемена, превращение). Метаболизм в Японии в 1960-е годы развивали архитекторы во главе с К. Танге. К. Курокава уже тогда был известен как один из основателей метаболизма. Принцип метаболизма в архитектуре заключается в разработке прочного жизнеспособного каркаса любой архитектурной формы и легко обновляемых подвижных элементов, такая структура способна к интенсивному росту и развитию.

Начиная с 1980-х годов, представители японской архитектуры (К. Курокава, К. Кикутаке, Х. Хара) определили новый этап – постметаболизм, в основе которого лежала философия с ориентацией на взаимное обогащение разных культур. Они совмещали традиции с футурологической фантазией, национальное с интернациональным, достижения технического прогресса с органическими формами, реальное и виртуальное. Так, концепция творчества К. Курокавы в настоящее время представлена теорией симбиоза и объединяет восточные и западные подходы. Архитектор заявляет, что необходим симбиоз архитектуры и природы, человека и техники, одной культуры с другими культурами, исторического прошлого и будущего.

В основу данной концепции при разработке Генерального плана развития Астаны Курокавой был заложен не только симбиоз статичного фундамента и динамичного ансамбля архитектурных элементов, но и симбиоз старого советского архитектурного наследия и нового города, симбиоз природных и городских элементов, симбиоз восточной и западной философий, симбиоз основных этнических групп казахстанского народа. Кишо Курокава говорит о своем проекте: «Многие участники конкурса исходили из того, что новая застройка заменит существующий город. Такое решение для меня неприемлемо. В моем проекте предусмотрена возможность использования имеющейся инфраструктуры, интеграции зданий советского времени. Итак, мой проект состоит из симбиоза старого советского и нового города, симбиоза воды как естественного элемента и города как элемента искусственного» [3].

Планировочная структура генерального плана Астаны характеризуется двумя параллельными направлениями: ось трассы железной дороги, проходящая с северо-запада на юго-восток, и русло реки Ишим, определяющее южную границу старого города. Исторический центр города развивался между этими двумя основными артериями. Поэтому для роста городской территории было выбрано южное направление – освоение левобережной части. Перпендикулярно этим направлениям развивается ось, представленная центральной улицей города – проспектом Республики, переходящей в транспортную магистраль, которая связывает старый город с новым административным центром и аэропортом. На правобережной части реконструкции подверглись, в основном, центральные улицы и площади. Если до реконструкции план города представлял собой форму трапеции, самая протяженная сторона которой проходила вдоль железнодорожной линии, то теперь город развивается по трем основным направлениям. Развитие формы плана Астаны в направлении восток – запад, а также интенсивное освоение левобережных территорий вдоль южной оси привело к формальному сходству с экспрессивным планом Бразилиа. В отличие от лаконичной композиции плана бразильской столицы, планировочная структура Астаны обеспечивает возможность дальнейшего роста города без разрушения первоначальной композиционной идеи плана.

Отличительной чертой генплана является достижение композиционного единства между сложившейся и новой частями города. Происходит оно за счет развитой системы транспортных коммуникаций, закрепления основных композиционных осей старого центра и пластичного перехода его в новый центр. На основе идеи метаболического города К. Курокавы вместо жесткой радиальной планировочной структуры выбрана открытая гибкая система линейного зонирования плана. Таким образом, городская территория состоит из зон, формирующихся вдоль основных осей: зеленая зона располагается вдоль русла реки Ишим, а также охватывает городскую территорию с севера и юга. Вдоль реки также формируется так называемый Речной город с жилыми кварталами. Промышленная зона прилегает к железной дороге, а зона торговых, культурных, развлекательных и деловых центров развивается вдоль центрального проспекта, связанного с новым административным центром на левом берегу реки Ишим, главная ось которого перпендикулярна основному направлению.

Многие проекты столиц были осуществлены как идейное воплощение одного человека. Такие проекты проникнуты волей архитектора, его концепцией, авторской семантикой, которая заложена на уровне пространственных организаций города. Явление, когда проект новой столицы разработан одним автором от уровня плана до элементов архитектуры и монументального искусства характеризует способ формирования наиболее цельной и единообразной среды города. В то же время в процессе последующего развития существует опасность формирования однообразной и скучной семантической среды. Также возможен риск возникновения чужеродных, несогласованных с существующим образом включений, способных разрушить законченный органичный архитектурный образ среды города - столицы.

Примерами воплощения воли архитектора в формировании образа новой столицы являются творение Ле Корбюзье – Чандигарх, столица Бразилии, воплощение идей Лусио Коста и Оскара Нимейера, Исламабад – город, планировочное решение которого разрабатывалось А. Доксиадисом. Практика функционирования таких столиц выявила некоторые отрицательные моменты: законченность функционального зонирования, строгое вычленение и удаление от жилья зон учебных, спортивных, развлекательных, торговых центров, однообразие и неспособность развития архитектурной среды. Характер архитектурного образа среды искусственно созданной столицы определен законченностью планировочной структуры города, невозможностью ее дальнейшего роста без разрушения сложившейся формы и внутренних связей между элементами этой структуры.

Астана продолжает строиться и развиваться. В случае, если основные метаболические принципы развития города, как живого организма, заложенные в первоначальной идее генерального плана города, станут основой формирования архитектурно-планировочной структуры, архитектурный образ новой столицы сможет соответствовать философии симбиоза, гармонии взаимодействия, объединения Востока и Запада. На сегодняшний день профессионалы архитектуры и строительства уже высказывают опасения по поводу нарушения масштабности в архитектурной среде, по поводу стилистического хаоса и отсутствия согласованности элементов многих архитектурных ансамблей.


Библиография

  1. Зосимов Г.И. Пространственная организация города (модуль в планировочной структуре) / Г.И. Зосимов. – М.: Стройиздат, 1976. – 118 с.
  2. Иконников А.В. Архитектура города (эстетические проблемы композиции) / А.В. Иконников. – М.: Стройиздат, 1972. – 216 с.
  3. Мойзер Ф. Кишо Курокава: Мегаполис XXI века никогда не остановится в росте /Ф. Мойзер // Проект Россия, 2003. – №4. – С. 21-24;
  4. Хайт Л.В. Современная архитектура Бразилии / Л.В. Хайт. – М.: Стройиздат, 1973. – 156 с.


ISSN 1990-4126  Регистрация СМИ эл. № ФС 77-70832 от 30.08.2017 © УрГАХУ, 2004-2017  © Архитектон, 2004-2017