№3(59)
Сентябрь 2017
ISSN
1990-4126

English

«Архитектон: известия вузов» № 42 - Приложение Сентябрь 2013

Дизайн


 Бублик Наталья Владимировна

магистрант УралГАХА.
Научный руководитель:
кандидат искусствоведения, доцент Н. П. Гарин,
ФГБОУ ВПО «Уральская государственная архитектурно-художественная академия»,
г. Екатеринбург, Россия

ЯЗЫК ДИЗАЙНА КАК ОРГАНИЗУЮЩИЙ ЭЛЕМЕНТ ПРОЕКТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ


 В статье обосновывается необходимость в новом подходе к пониманию российского дизайна. Описывается существующее состояние этой сферы деятельности. Проводится краткий исторический анализ сложившейся ситуации, в ходе которого выявляется отсутствие у дизайна адекватного современным условиям определения. Анализируются недостатки существующих определений. Предлагается путь к пониманию дизайна через нахождение проектного языка.

Ключевые слова: российский дизайн, проектный язык, язык дизайна


Существует ли дизайн в России?

Российский промышленный дизайн находится в катастрофическом состоянии. Низкий технологический уровень предприятий, невысокий культурный уровень их руководителей, отсутствие поддержки со стороны государства – в этих условиях существующие дизайнеры словно безумные актеры, играющие роль перед глухой стеной в пустой комнате [1, 5]. Нельзя сказать, что в России в принципе нет дизайна, поскольку есть проекты, выполненные на хорошем международном уровне, в основном в областях графики и дизайна одежды. Это свидетельствует не столько о высокой степени развития этих сфер, сколько о талантливости отдельных авторов.

Сегодня самоидентификация дизайнеров как профессионалов может ограничиваться лишь выбором предмета и объекта работы, а профессионального «кодекса», принципов и концепции деятельности дизайнера просто не существует [2]. Границы дизайна размыты, отсутствует некий стержень, связывающий разные отрасли деятельности воедино, не выстроены внутрипрофессиональные и, что более важно, межпрофессиональные связи. Положение действительно критическое, поскольку речь идет не о частных практических проблемах, а о необходимости тотального переустройства всей сферы дизайна.

Будущее нашей страны зависит, в частности, от успехов в промышленной сфере: страна не может вечно продавать ресурсы. Производимые же на сегодняшний день потребительские товары не выдерживают конкуренции даже на внутреннем рынке. Как же сложилась такая ситуация: есть дизайнеры, но нет дизайна?

Важную роль сыграли исторические условия развития деятельности. В 70-е годы благодаря ВНИИТЭ дизайн в стране достиг небывалого уровня несмотря на то, что в условиях плановой экономики не могло быть естественного развития этой сферы. Протезом, заменяющим рынок, была система государственной поддержки и контроля. После краха экономики и распада СССР в сфере дизайна образовалась «черная дыра».

Казалось бы, невероятные успехи ВНИИТЭ должны в существующих условиях создавать надежный фундамент для дальнейших достижений в дизайне. Сейчас, когда экономические и политические условия в стране стабилизировались, должна начаться новая эра – эра «рыночного дизайна» [5]. Однако мы столкнулись с полным непониманием этой деятельности.

Изменилась формация дизайна. Во времена СССР он мог восприниматься и функционировать только как инструмент для строительства социализма. Сейчас априорным является мнение, что дизайн – это абсолютно независимое явление, играющее свою особую роль в культуре.

Дело в том, что у понятия «дизайн» нет адекватного нынешним условиям определения. Поэтому трактуется он абсолютно спонтанно. Так появились популярные словосочетания «дизайн ногтей», «дизайн букетов», «дизайн причесок» и т. д. В этом хаосе «околодизайнерских» течений не могут разобраться даже профессионалы.

Ситуация «перезрела» – популярность термина растет экспоненциально. Необходимо дать определение понятия «дизайн», пока еще существует хотя бы какое-то интуитивное представление об этой сфере. Определение – это ведь не просто слова, в нем выражаются и задачи деятельности, и правила, и побуждение к действию.

В разной литературе слову «дизайн» приписываются различные, иногда противоречивые, значения.

В приказе Министерства образования и науки РФ от 22 декабря 2009 г. дизайн определяется как «вид творческой деятельности по формированию эстетически выразительной предметно-пространственной среды, интегрирующий художественную, инженерно-конструкторскую, научно-педагогическую деятельность, направленную на создание и совершенствование высокоэстетичной, конкурентоспособной отечественной продукции, способствующей развитию экономики, повышению уровня культуры и жизни населения» [3]. Определение хотя и развёрнутое, но абсолютно не конкретное: под него практически без оговорок попадает любая ремесленная деятельность.

Отталкиваясь от существующих определений и пытаясь построить на них теорию дизайна, исследователи неизменно попадают в ловушку: объектом, и, соответственно, целью дизайнерской деятельности становится вещь; впоследствии появляются трактаты о философии вещи и т. п. Под этим углом сходит на нет гуманистическая миссия дизайна, улетучивается какое-либо возможное «высшее предназначение» деятельности, в ней остается лишь конкретная «производительская» функция, которая теряет свою актуальность при столкновении со смежными областями, такими как изобразительное искусство или инженерное дело.

Эти проблемы преследуют дизайн не только в нашей стране, но и во всем мире. Английский учёный Ловсон объясняет трудности в понимании дизайна его комплексным характером. Он пишет, что нет единственного взгляда на дизайн, который, отражая «сущность», не пропускал бы при этом другие важные аспекты.

Очевидно, необходимо новое понимание дизайна. Вместе с тем это должно быть не просто «оформление» существующих представлений в достойную словесную форму. Нынешняя структура дизайна не устраивает ни российских дизайнеров, ни зарубежных. Мир столкнулся с глобальными проблемами, такими как проблемы экологии например, которые дают множество тем мировому сообществу дизайна. Появляются реальные и неизбежные задачи для крупных междисциплинарных международных проектов. «Является ли нынешняя система дизайна способной на это обязательство? Конечно, нет» [5]. Именно здесь, в России, мы можем сформировать абсолютно новую систему дизайна, пока он не так сильно спаян с рыночными отношениями.

Новое понимание дизайна возникнет, когда мы определимся наконец с его языком (не с языком конечной формы, а языком как средством коммуникации в процессе работы над проектом), поскольку дизайн вырос из проблемы языка. До тех пор, пока основным способом производства было ремесло, и функции проектировщика, изготовителя и заказчика сочетал в себе один человек, дизайн был не нужен. Потребность в нем возникла с развитием индустриального общества, когда обнаружилось непонимание между потребителем и производителем. Более того, оказалось, что сама производственная сфера не может функционировать без междисциплинарной команды, в которой каждый говорит на своем профессиональном языке. Не представлялось возможным найти адекватный язык, сглаживающий эти противоречия. Поэтому родился дизайн как деятельность, которая призвана выполнять функцию «переводчика» в каждом частном случае.

Со временем дизайнер превратился в координатора совместной деятельности различных специалистов, так как иногда только он понимает всех участников процесса, и поэтому только он может заранее предвидеть результат.

Разумеется, в современных условиях жесткой дифференциации деятельности дизайнер не может в точности заранее знать все языки, которые, вероятно, будут задействованы в проекте. Поразительно точным в этом свете предстаёт высказывание Дональда Нормана: «Дизайнер – это хорошо эрудированный дилетант». Дизайн в этом случае определяется как провокация. Действительно, ведь сам дизайнер ничего не производит, его задача лишь спровоцировать тех, кто задействован в процессе, чтобы их деятельность была максимально эффективной. Причем речь тут не только о производственном аспекте. Точно так же это касается и потребительской сферы; когда товар, приобретаемый человеком, максимально улучшает качество его жизни.

Метафорический подход к пониманию дизайна обнаруживает его сходство с режиссурой. Как хороший спектакль вряд ли может быть поставлен без режиссера, так и хороший товар не может быть создан без дизайнера. «К сожалению, сегодня режиссера все больше отодвигают на задний план. Считается, что есть продюсеры, артисты и зрители» [4]. Подобно этому существует заблуждение, что для хорошего товара достаточно, чтобы были потребители, производители и заказчик. Дизайна в этой цепочке сейчас нет, поэтому так мало потребительских товаров качества мирового уровня производится в России. Однако дизайна в этой связке не может быть, пока не сформируется подходящий язык для коммуникации между участниками процесса. Области графического дизайна и дизайна одежды процветают в России как раз потому, что в этих сферах можно свести процесс коммуникации к минимуму.

Таким образом, на пути формирования определения дизайна первостепенную важность приобретает нахождение проектного языка.


Библиография

  1. Грачев, Н. Эстетика Юрия Соловьёва /Н.Грачев. – URL: http://dom-online.ru/arhiv/2000/06_2000/SOLOVEV/Solovev.htm
  2. Вершинин, Г.В. Русский дух как ограничение дизайна / Г.В. Вершинин // Проблемы дизайна: сб. ст. – М.: Союз дизайнеров России, 2003. – С. 39 – 58.
  3. Об утверждении и введении в действие федерального государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования по направлению подготовки 072500 Дизайн: приказ Минобрнауки России от 22 декабря 2009 г. № 780. – URL: http://минобрнауки.рф/документы/1925
  4. Женовач, С. Режиссура – это профессия лидера / С. Женовач // РИА Новости. – URL: http://ria.ru/interview/20120515/649517132.html  
  5. Azrikan, D. VNIITE Dinosaur of Totalitarianism or Plato's Academy of Design? / Copyright 1999 Massachusetts Institute of Technology // Design issues: Vol. 15, N. 3 1999 Autumn.


ISSN 1990-4126  Регистрация СМИ эл. № ФС 77-70832 от 30.08.2017 © УрГАХУ, 2004-2017  © Архитектон, 2004-2017