№3(59)
Сентябрь 2017
ISSN
1990-4126

English

«Архитектон: известия вузов» № 46 - Приложение Август 2014

Архитектура


 Попкова Наталья Алексеевна

аспирант кафедры градостроительства.
Научный руководитель:
кандидат архитектуры, профессор И.В. Кукина.
ФГАОУ ВПО "Сибирский федеральный университет".
Красноярск, Россия, e-mail: So1omka@rambler.ru

СИМБИОЗ ПРИРОДЫ И АРХИТЕКТУРЫ В ФИЛОСОФИИ КИСЕ КУРОКАВА


Ключевые слова: философия метаболизма, капсульная система, японская архитектура, симбиоз, Кисе Курокава


На родине зодчего Кисе Курокава воспринимают в большей степени философом, нежели архитектором. Его книги («Метаболизм в архитектуре», 1977, «Концепция пространства», 1979, «Философия симбиоза», 1993 и др.) продолжают издавать и читать. В одном из своих последних интервью Курокава заявил: “Найдут ли мои идеи воплощение в архитектуре или нет, для меня не самое основное, главное, чтобы основа философской мысли стала по-настоящему важной для человечества, мысли, которая могла бы развиваться из поколения в поколение, ведь философия вечна» [2].

Идея симбиоза природы и архитектуры пронизывает все основные периоды в теоретических размышлениях Курокавы, претерпевая при этом некоторые трансформации. Она присутствовала в философии метаболизма, прослеживалась в постметаболический период, когда начала активно складываться его философия симбиоза, одним из компонентов которой стал симбиоз природы и архитектуры, она не теряет своей актуальности и в XXI веке, провозглашенном Курокавой эпохой «принципа жизни».

Впервые о своих идеях Кисе Курокава заявил в 1960 г. на международной конференции по дизайну в Токио. Вместе со своими коллегами он сформулировал основные положения новой архитектурно-градостроительной теории, сравнив строительство с метаболическим процессом. Концепция метаболизма базировалась на представлениях об изменяемом, динамичном пространстве, открытом к дальнейшему системному развитию, в противовес западнической ориентации архитектуры того времени с жестко зафиксированными принципами формообразования. Курокава объяснял, что метаболизм исходит из аналогии с живыми организмами, чья главная особенность в том, что живое может развиваться и расти [6, с. 46].

Только метаболический подход к строительству, по мнению Курокавы, способен создавать архитектурную среду будущего, способную развиваться, адаптироваться к социальным, экономическим и другим изменениям в образе жизни людей, подобно тому, как живые организмы приспосабливаются к изменяющимся условиям внешней среды. Метаболический подход – это способ решить проблему морального старения архитектуры и последующего ее разрушения: «если заменять только то, что программно заменимо…сооружения будут долговечны» [4, с.109]. Наиболее полно идеи метаболизма нашли отражение в капсульных постройках Кисе Курокавы. Капсульная система представляла сочетание двух структур: неизменной основы, подобной древесному стволу, и гибкой системы ячеек, словно листья нанизанных на конструктивную основу – ствол, способных к трансформации и обновлению. Тесная взаимосвязь архитектуры и природы в творчестве Курокавы основана на особом отношении к природе в японской культуре. В книге «Философия симбиоза» одна из глав посвящена симбиозу человека и природы, здесь подробно описывается традиционное отношение японцев к природе, принципиально неизменное до сегодняшнего дня. В отличие от западной позиции, в которой человек нередко захватывает себе право управлять природой или ее контролировать, у японцев «идеал, к которому человек должен стремиться, – это не покорять природу, а жить как часть природы, в соответствии с ее правилами» [7]. Японский термин «природа» («сидзэн») означает «быть, как есть это» или «гармонировать со средой», и, что интересно, в японском языке выражения «эксплуатировать природу» и «эксплуатировать человека» звучат одинаково. Хотя само понятие культуры рассматривается как антитезис природы, главная характерная черта японской культуры состоит в том, что это культура природоподражательная.

Идея архитектуры как непрестанно изменяющейся части природы и общества, которую развивал в своих трудах Куракава, идеально гармонизирует с буддистской доктриной переходящего характера всех вещей – традиционного элемента японской культуры [4, с.109]. Его подробное описание национальных особенностей японской архитектуры помогает понять причины возникновения концепции метаболизма и последующей за ней философии симбиоза. С древнейших времен японцы строили свои дома по принципу временных укрытий, отчасти это связано с принятием образа жизни в симбиозе с природой на основе буддистского учения о непостоянстве и бренности всего сущего. А отчасти – с частыми природными катаклизмами – тайфунами и землетрясениями, после которых им приходилось заново перестраивать свои жилища. Отсюда и характерный выбор материалов для японских традиционных построек: дерево, татами из рисовой соломы и бумага, которые легко можно было заметить при повреждении или износе. Курокава пишет, что «японская культура – это культура древесины», которую так ценят японцы, привыкшие жить в среде, тесно связанной с природой [7].

Начиная с 70-х годов, в период постметаболизма, Курокава все больше начинает придерживаться мысли о том, что современная архитектура должна следовать принципам, составляющим сущность японской культуры [3, с. 56]. Японцы всем строем своего жизненного уклада опровергают распространенное мнение о том, что научно-технический прогресс необратимо отдаляет человека от самого себя и от природы. Они показывают возможность гибкого и умелого сочетания старого и нового, культуры и науки, природы и новейших технологий, не изменяя первым и не игнорируя последние. Нещадно критикуя архитектуру модернизма и всю западную архитектуру, обвиняя последнюю в состоянии «фундаментальной оппозиции к природе», Курокава сосредоточивает «усилия на том, чтобы найти в симбиотичной японской традиции то, что может внести свой вклад в будущее архитектуры мира» [4, с. 109,113].

Концепция метаболизма постепенно трансформируется в философию симбиоза, которую Курокава в своих теоретических трудах противопоставляет философии дуализма, господствующей в западных странах [1, с. 562]. Для него симбиоз оппозиционных или даже взаимопротивоположных, конкурентных понятий, таких как «архитектура и природа, человек и техника, исторического прошлого и будущего, одной культуры с другими культурами», возможен благодаря возникновению посредника между ними – некой «священной зоны», промежуточного пространства [4, с. 111]. В архитектуре для обозначения этого промежуточного пространства Курокава вводит понятие «серых зон», которые, являясь неким срединным элементом между внутренним и внешним пространством, вбирающим качества обоих, но, не являясь ни тем, ни другим, помогает в их объединении [3, с. 56]. Образцом для «серых зон» послужила энгава – внешняя открытая галерея в традиционной японской архитектуре, связующая здание с окружающим его садом.

Вторым приемом, помогающим в достижении симбиоза между внутренним пространством здания и внешней средой, Курокава называл «обратимость» или взаимопроникновение [4, с. 113]. Примером может послужить введение внутрь здания элементов естественного ландшафта или символичное моделирование природы, такое как идеально гладкое напольное покрытие, имитирующее гладь воды.

Курокава рассуждал о важности использования различных средств обеспечения симбиоза человека и природы в городе на практическом уровне повседневной жизни. Он видит такой симбиоз не только в применении природных материалов, близости к пейзажу и прямом контакте с растениями и животными, но и в разумном использовании природных ресурсов, восстановлении нарушенных территорий и охране окружающей среды [7]. Курокава признавал, что от способности существовать в симбиозе с другими жизненными формами и экосистемами нашей планеты зависит вопрос выживания человека [5, с. 34].

Симбиоз – одно из ключевых понятий эпохи «принципа жизни», которая, по мнению Курокава, постепенно сменяет эпоху «принципа машин», эпоху Запада, эру дуализма, период главенства научных технологий и экономики. Он связывал архитектуру новой эпохи, прежде всего, с понятиями экологии и симбиоза, заявляя, что «архитектура эпохи Принципа Жизни будет открыта региональным и городским контекстам, природе и окружающей среде. Она будет двигаться в сторону симбиоза природы и человека, окружающей среды и архитектуры» [7].


Библиография

  1. Добрицына, И.А. Теоретическая мысль архитектурного постмодернизма: концепция симбиоза / И.А. Добрицына // Азизян И.А. Вопросы теории рхитектуры. Архитектурно-теоретическая мысль Нового и Новейшего времени. – М.: Едиториал УРСС, 2006.
  2. Егорова, К. Кишо Курокава. Архитектура «эпохи жизни» / [Электронный ресурс]. – URL: http://archidom.ru/content/1596.html
  3. Зенкевич, А.Я. Традиции и современность в творчестве Кисё Курокавы / А.Я. Зенкевич // Архитектура Запада. Т. 4. Модернизм и постмодернизм, критика концепций. – М.: Стройиздат, 1987. – С. 124–134.
  4. Курокава, К. Архитектура симбиоза / К. Курокава // Архитектура СССР. – М.: Стройиздат, 1984. – № 5. – С. 109–113.
  5. Курокава, К. Философия симбиоза переход от эпохи машин к принципу жизни / К. Курокава // К архитектуре XXI века. A potiori: сб. научных статей РААСН / Под ред. B.C. Егерева. – М.: РААСН, 2002. – С. 34–39.
  6. Kurokawa, K. Metabolism in architecture / K. Kurokawa. – London: Studio Vista, 1977. – 208 p.
  7. Kurokawa, K. Each One a Hero: The Philosophy of Symbiosis / Transl. from Jap. / K. Kurokawa. – Tokyo: Kodansha International Ltd., 1997. – 543 p.


ISSN 1990-4126  Регистрация СМИ эл. № ФС 77-70832 от 30.08.2017 © УрГАХУ, 2004-2017  © Архитектон, 2004-2017