Голубев Г.А.(1883-1949) – «видный советский архитектор, главный архитектор города Свердловска»[3, стр. 1], автор проектов реконструкции горисполкома, дома контор, больничного городка на завершении улицы Ленина и многих других значимых для Свердловска зданий.

Всю свою жизнь Георгий Александрович кропотливо и тщательно изучал творчество Андреа Палладио, собирал по крупицам редкие фотографии, гравюры, публикации, делал бесчисленные рисунки и аналитические схемы.

Рис.1. Вилла Ротонда

Доклад, о котором идет речь, был прочитан Голубевым Г.А. в 1947 году в институте истории и теории архитектуры Академии архитектуры СССР и представляет собой своеобразный итог его многолетней работы.

Голубев начинает свой доклад с детства Палладио, а затем переходит к описанию гуманистического движения в Италии того времени. Вот как Голубев рисует идеи итальянских гуманистов:

Новый человек эпохи Возрождения протестует против навязывания разбогатевшим итальянским коммунам и республикам «чужой» культуры, «чуждого» им общественного уклада со стороны варваров и борется за воображаемую античную жизнь. Только погружение в античный мир может возвратить человеческую культуру. Так думает и юный Палладио. [1, с. 2]

В этой цитате есть прямое указание на характер мышления Палладио. Голубев выделяет здесь два типа культуры: «античную» и «варварскую» и можно предположить, что им соответствуют два разных типа мышления. Таким образом, Палладио предстает перед нами как носитель доварварского, античного типа мышления, к которому стремятся гуманисты того времени.

Ничто не возникает из ниоткуда, и Голубев говорит нам, что формированию своих идей «юный Палладио обязан своему земляку, поэту, филологу и гуманисту Джон Джорджо Триссини». Но Триссини дал лишь толчок, импульс, а дальнейшее развитие идей Палладио шло уже самостоятельно.

Рис. 2.  Вилла Эмо

Чтобы характеризовать особенность становления композиционного мышления Андреа Палладио, приведем здесь цитату из его трактата «Четыре книги об архитектуре»:

Побуждаемый природной склонностью, я отдался с юных лет изучению архитектуры; а так как я всегда был того мнения, что в строительном искусстве, равно как и в других делах, древние римляне далеко превзошли всех, кто был после них, я избрал себе учителем и руководителем Витрувия, единственного писателя древности по этому искусству, принялся исследовать остатки античных построек, дошедших до нас вопреки времени и опустошениям варваром и, найдя их гораздо более достойными внимания, чем я думал до того, я стал их обмерять во всех подробностях, с чрезвычайной точностью и величайшей старательностью. [2, с. 13]

По тому, какое значение придавал Голубев этой цитате, можно судить о том насколько важным ему представлялась эта черта Палладио – смиренное и даже трепетное отношение к своим корням, к своим традициям, к своему прошлому, к истории своей родины, культуры. Исходя из текста доклада, видно, что Голубев особенно отчетливо видел эту особенность мышления Палладио, потому что ему самому было свойственно точно такое мировоззрение, и, говоря о Палладио, он, в то же время, говорит и о себе. Еще одно свидетельство тому – тысячи рисунков русской и мировой архитектуры, выполненных Голубевым еще в студенческие годы и постоянно пополняемые в течение всей жизни.

Рис.3. Палаццо Каза дель Дьябло

Охарактеризовав, таким образом, в общих чертах мышление Палладио, Голубев переходит к подробному рассмотрению его практического воплощения в уже конкретных композициях. Но прежде чем это сделать, Голубев предлагает систематизировать композиции Палладио:

Чтобы принципиальная сторона, столь важная для архитектора, изучающего «наследие», была бы в достаточной степени освещена, необходимо этот материал систематизировать так, чтобы стала ясней композиционная сущность сооружения, взаимосвязь композиционного приема отдельных объектов или, наоборот, чтобы их принципиальная противоположность стала бы ясной.[1, с. 4]

Под «принципиальной стороной» здесь, видимо, и понимается композиционное мышление. Голубев предлагает три способа классификации композиций Палладио. Во-первых, он систематизирует их по типу и по объемно-пространственному решению, соблюдая при этом хронологический порядок. Во-вторых, Голубев объединяет композиции по формальным признакам, основой этой классификации служит разделение на фронтальную, объемно-пространственную и глубинно-пространственную композиции. В-третьих, объекты Палладио разделены по архитектоническому решению.

Рис.4. Вилла Корнаро

Далее в докладе Голубев еще больше уточняет то, как он понимает композиционное мышление Палладио:

Палладио скуп на украшения и ищет в своих композициях, прежде всего, впечатления необходимости частей, зависящее почти исключительно от гармонии пропорций. Поэтому у него соотношения целого и частей, их пропорции подчинены основной идее единства архитектурного организма, где каждая часть вытекает из другой с естественной, существенно возможной в данном случае, органичной необходимостью [ 1, с. 12].

 Творчество Палладио полно уравновешенного бытия, ровной и победной силы, тихого и плавного движения вверх; мера и ясная форма, простота и благородство линий, спокойствие духа и радость содержания – его основа [1, с. 29].

У него форма возникает свободно, цельно и легко; пропорции приятны и не напряжены. Все дышит человечностью и удовлетворением и не будет ошибкой сказать, что это спокойствие и отсутствие чего-нибудь подавляющего или возбужденного у Палладио является чистейшим выражением сути искусства Возрождения, которое овладевает медленно и спокойно и на долгое время сохраняет свою власть [1, с. 35].

 Сравнивая творчество Палладио и Микеланджело, Голубев выделяет и описывает два вида композиционного мышления, о которых он уже упоминал в начале, когда говорил о противостоянии гуманизма и варварства. Чтобы проиллюстрировать свою мысль, Голубев приводит слова Белинского:

В искусстве есть два рода красоты и изящества, так же точно, как есть два рода красоты в лице человеческом... Одна поражает вдруг, нечаянно, насильно, если можно так сказать; другая постепенно и неприметно вкрадывается в душу и овладевает ею. Обаяние первой быстро и непрочно. Вторая медленно, но долговечно; первая опирается на новость, нечаянность, эффекты и (нередко) странности, вторая берет естественностью и простотой...[1, с. 17]

Рис. 5. Палаццо Кьерикатти

Мышление Палладио противостоит варварству, оно носит эволюционный, а не революционный характер. Палладио, по словам Голубева, – это новатор, но новатор, опирающийся на традиции, в этом его главное отличие от варваров, которые разрушают традиции, нарушают нить преемственности знаний. И в этом его гениальность, потому что «…с первых шагов своей деятельности Палладио не следует пассивно за археологией, но борется за познание главной сути композиций римлян, чтобы проникнуть в глубину существа архитектурной формы и выходит из этой борьбы обогащенным, но не покоренным, продолжателем, но не подражателем»[1, с. 15]. Голубев говорит, что, опираясь на свои исследования, Палладио требует изучения архитектурного и строительного опыта древних и разумного использования наследия античности. Он далек от предложения копировать, а предлагает творчески воспринять опыт античности и, обогатившись, создать нечто новое.

Мышление Палладио является у Голубева основой для проведения композиционного анализа вилл, палаццо, церквей и других сооружений. Каждая классификация и анализ композиций служат примером, иллюстрирующим своеобразие композиционного мышления Палладио.

Рис. 6. Церковь Сан Джорджио Маджоре

Идея о том, что Палладио «продолжатель, но не подражатель», нитью связывает весь текст доклада, в котором анализ композиционных типов и приемов на примере конкретных сооружений является, по-существу, развернутой иллюстрацией этой мысли.

 Таким образом, как видно из доклада Голубева, сам по себе тот или иной стиль композиционного мышления определяется мировоззренческими позициями архитектора, эстетическими идеалами, которые уже далее проецируются в метод: принципы профессиональной деятельности, композиционные приемы и средства.

Стиль и характер композиционного мышления архитектора индивидуален, однако он проецируется в будущее, при условии, если его обладатель имеет соответствующий дар.

Смирнов А.С. О КОМПОЗИЦИОННОМ МЫШЛЕНИИ ПАЛЛАДИО В ДОКЛАДЕ ГОЛУБЕВА Г.А. "ТВОРЧЕСТВО ПАЛЛАДИО И АНТИЧНОЕ НАСЛЕДСТВО В ЕГО ПРОИЗВЕДЕНИЯХ"[Электронный ресурс] /А.С. Смирнов //Архитектон: известия вузов. — 2005. — №4(12). — URL: ссылка