Трансформация архитектурно-пространственной среды города, как системы, на формирование которой оказывает влияние множество факторов, основывается на качественном пересмотре всех ее составляющих, особенно объектов, требующих реконструкции с точки зрения осмысления их роли в контексте новой застройки. В этом случае ориентиром для выбора направления мысли архитектора может послужить сопоставление прошлого и современной архитектурной ситуации. Данная статья иллюстрирует тот факт, что любой архитектурный объект, как явление, нельзя считать полностью завершенным с позиции смысловой и образной направленности, поскольку он существует в нескольких мыслимых реальностях (сознании горожанина, архитектора, заказчика), которые с течением времени приобретают новые интерпретации.
Любое архитектурное сооружение в городской среде – это часть гибкой развивающейся системы, которую формирует не только деятельность архитекторов, но и экономические, политические, социальные факторы, находящиеся в состоянии непрерывной трансформации.
Резкая или постепенная смена политической системы в стране, финансовых возможностей города, эстетических вкусов и функциональных потребностей общества – всё это влияет на архитектурно-пространственную среду вокруг нас. Причем, архитектурный объект испытывает на себе это влияние в большей степени не на стадии создания, а на протяжении своего существования. Процесс изменения роли архитектуры с течением времени ярче всего можно проследить на примере реконструкции зданий именно в тех случаях, когда изменения настолько значительны, что трансформируется не только функциональная и композиционная роль архитектуры, но и её визуальное восприятие становится совсем иным.
В городе Екатеринбурге ярким примером преобразований подобного рода является реконструкция гостиницы «Турист». Первоначально это здание задумывалось как высотная доминанта улицы Свердлова, которая словно встречала приезжающих в город на пути от вокзала. Такое значение объекта предполагало его активное участие в формировании городского силуэта.
Землеотвод на строительство был выдан ещё в 1967 году, и задание на проектирование было поручено государственному институту «Свердловскгражданпроект». Никто так и не увидел гостиницу законченной, по проекту архитектора В.П. Зонова она должна была быть 25-этажной и более 100 м в высоту. План типового этажа содержал 14 одноместных номеров, четыре двухместных и два номера люкс. Номера гостиницы с высотой потолка 2,5 метра вполне удовлетворяли нормам советского времени. По объему средств, которые планировалось вложить в постройку, а также по степени грандиозности строительства, заказчиком которого выступало государство, гостиница «Турист» должна была стать уникальным зданием Екатеринбурга.
Кто мог тогда подумать, что упадок, а затем и окончательный крах советского режима лишит строительство всех денежных средств? Обстоятельства, благодаря которым началось возведение масштабного проекта, утратили свою силу, и строительство здания словно заморозилось. Таким образом, недостроенный объект постепенно перестал положительно восприниматься в рамках существующей архитектурной действительности. Так и не законченная гостиница «Турист» многие годы возвышалась над городом как символ нереализованных амбиций советского времени.
Архитектурная среда вокруг стремительно менялась, а здание гостиницы по-прежнему оставалось на стадии «коробки», всё больше вступая в конфликт с архитектурным контекстом. Чем дольше здание оставалось «недостроем», тем меньше оно воспринималось как архитектура, а скорее, – как «слепое пятно» пространства. Проектировщики гостиницы явно не планировали такого поворота событий.
Пока гостиница «Турист» стояла заброшенной, в панораме города появились новые высотные доминанты: Храм-на-Крови, многоквартирные жилые дома, а также стал просматриваться силуэт здания Уральского Центра Управления перевозками (рис.1). Несмотря на существенные трансформации, произошедшие в районе расположения гостиницы, понадобилось долгое время, чтобы внимание было обращено и на «безнадежное» здание, закрепившееся в сознании людей в качестве устаревшего объекта и «слепого пятна» городской среды.
В 2005 году архитектурным бюро Владимира Кагановича был создан проект реконструкции гостиницы «Турист» в деловой центр. Именно поэтому мы уже не видим той «огромной и мрачной коробки», к которой так привыкли. Но что сформировало его новый облик? Новая власть, инвесторы, архитектурный контекст или собственное видение архитектором проблемы реконструкции долгостроя?
Для получения ответа на эти вопросы необходимо подробно изучить различные стадии существования объекта. Всего их можно выделить четыре (рис. 2):
I – начало воплощения проекта гостиницы «Турист»;
II – «смена хозяина» и, как следствие, предложение об изменении функции, представленное в варианте реконструкции, отражающем видение инвестора;
III – создание проекта архитектором;
IV – реализация проектного предложения и существование объекта в реальности.
Каждая стадия оказала влияние на архитектурно-пространственную структуру объекта в градостроительном и композиционном аспектах.
Рассматривая архитектурный объект на фоне городского силуэта, сегодня мы обнаруживаем его новое качество. Понимая, что возможность стать высотной доминантой, как это изначально было запланировано, утрачена для объекта, архитектор попытался найти и развить то отличительное свойство, благодаря которому здание выделялось бы в городской панораме. Этим свойством стал характер форм, заложенный ещё в первоначальном проекте гостиницы «Турист». Намеренное развитие темы четких прямоугольных очертаний в объемной композиции делового центра сделало его контрастным по отношению к плавным диагональным перепадам силуэтов жилых новостроек.
Если рассматривать процесс трансформации объекта на композиционном уровне, то можно выделить следующие ключевые моменты. В первую очередь следует рассмотреть объемно-пространственные акценты. Два выделяющихся по высоте пилона, которые в первоначальном проекте были симметрично уравновешены и равноправны, в предложении инвестора и в проекте архитектора «сливаются» в единый элемент. Он располагается на центральной оси, однако в реализованном варианте воспринимается уже не целостно, а состоит из отдельных частей: окно-витраж и надстройка, которые визуально отделены друг от друга. Таким образом, композиционные оси образуют иерархию: вместо системы трех равноправных осей образуется симметрия главной и двух второстепенных. Отношения частей и целого на разных этапах существования объекта становятся более разнообразными: от равномерного членения окон гостиницы – до более сложных отношений разномасштабных элементов в деловом центре: объем самого здания и объем надстройки как две системы частей и целого создают новую, более сложную, систему пропорций. Масштабность здания, определяемая изначально лишь высотой этажа, в процессе развития становится «двухмодульной», и здание начинает казаться крупномасштабным по отношению к человеку и окружающей застройке. Цельный объем, равномерно разделённый на почти одинаковые части, постепенно сменяется системой взаимодействующих разных по пропорциям и форме частей. Отношения метра и ритма изменяются от системы строго определенных направлений равномерного распределения вертикального ритма и горизонтального метра до более сложной системы сочетаний ритма и метра в обоих направлениях.
В качестве исключительного элемента фасада в первоначальном варианте гостиницы предполагалось создать круглые часы, которые должны были быть расположены в визуальной нише между пилонами. Часы планировались как украшение, в котором связь со структурой здания нечетко выражена. На последующих стадиях существования объекта исключительный элемент – это не декоративная деталь, он становится уже частью структуры: в проекте реконструкции – это витраж, переходящий в конструкции надстройки, который воплощает в себе всю смысловую идею проекта реконструкции и полностью изменяет облик здания.
Сама надстройка также является результатом поиска компромиссного решения между предложениями инвестора и решением архитектора. Заказчик хотел видеть своё очередное здание в привычном для него облике (рис.3): массивные пропорции, глухой фасад и стеклянная пирамида как завершение крыши. Архитектор не разделял стремление к неуместному использованию этих выразительных средств. Поэтому он применил в проекте каркас «антипирамиды», т.е. перевернутой вершиной вниз пирамиды, пытаясь таким образом подчеркнуть композиционную связь объема здания с надстройкой, а не механически «украсить» здание.
Уже после окончания реконструкции власти города запланировали, помимо желания архитектора, устройство часов на том самом месте, где они планировались в первоначальном варианте. Кто знает, произошло ли это как выражение стереотипов, касающихся облика городской доминанты или как возвращение к прошлой версии проекта. В любом случае этот факт в очередной раз показывает, что с окончанием строительства архитектурное сооружение не перестает изменяться.
Очевидно, что благодаря осуществлённым «корректировкам», объект приобрел новые композиционные свойства, всё же не потеряв свои узнаваемые черты: массивность и приземистость, заложенные в первом проекте гостиницы. Таким образом, продолжая непрерывно трансформироваться, здание как будто сопротивляется воздействию влияющих на него сил.
Здесь важно обратить внимание на тот факт, что окончательная композиционная система и, как следствие, облик реально существующего здания, складывались наложением всех различных представлений о том, «каким должен быть объект». Новый заказчик (ООО «Уралтрансгаз») видел деловой центр как выражение своих амбиций, поэтому стремился воплотить в нем принципы, характерные для всех построек, принадлежащих компании, вне зависимости от архитектурного контекста, конкретного города и его архитектуры: желание внедрить «фирменные» пирамиды из стекла, стремление сохранить массивные пропорции и визуальную закрытость. Архитектор получил, вместе с заданием на реконструкцию, набор конкретных требований и предпочтений. Поэтому при проектировании он обратил внимание на существующую в тот момент устаревшую и как бы застывшую во времени структуру объекта, его оторванность от архитектурно-пространственного окружения и потерю возможной когда-то роли высотной доминанты общегородского значения. Этот, уже более полный, взгляд на проблему и предопределил задачу реконструкции, которая заключалась в том, чтобы, изменяя композиционную систему объекта (проектируя надстройку, определяя новые акценты, взаимосвязи и пропорции), добиться создания связи объекта с окружающей застройкой на градостроительном уровне.
Таким образом, рассматриваемый архитектурный объект не является чем-то определенным и законченным. Он будто бы параллельно живет в нескольких возможных «архитектурных реальностях», оставляющих на нем свои «отпечатки». Сдача объекта в эксплуатацию не означает конец этапа его трансформаций, а напротив, только открывает «сценарий»
Выходя на улицу, мы каждый раз видим город по-новому. Это происходит не только из-за того, что наше восприятие непрерывно меняется, но и потому, что окружающая нас архитектурная среда – отнюдь не застывший набор объектов. Город оказывается системой тесно переплетённых связей, реагирующих на множество факторов, одновременное присутствие которых подталкивает всё к новым и новым изменениям.
В реальной архитектурной среде вокруг нас мы всегда имеем дело не с завершенными объектами и не с механической суммой воздействия на них неких факторов, а с системой развивающегося городского организма, подчиняющегося определённым законам, но отнюдь не следующего изначально запланированному пути. «Архитектура – одновременно и субстация, и акт … событие и действие, превосходящее по своему масштабу ограниченный мир элементов, которые выступают как внешние условия» [5, с. 139]. Видение архитектуры как непрерывного процесса, происходящего в системе взаимодействий городской среды, важно не только для реконструкции объектов и осмысления роли уже существующих зданий, но и для создания новых объектов. Внимание к прошлому архитектурной ситуации проектирования, а также анализ текущих процессов, так или иначе касающихся будущего здания, могут служить ориентиром для выбора направления мысли архитектора.
Кропанева Е.А. ОТ «СЛЕПОГО ПЯТНА» К АРХИТЕКТУРЕ Архитектурное сооружение в пространственно-временном контексте (на примере реконструкции здания гостиницы «Турист» в г. Екатеринбурге)[Электронный ресурс] /Е.А. Кропанева //Архитектон: известия вузов. — 2007. — №4(20). — URL: