Новейший период развития России отмечен крутым поворотом государственной политики в сторону оптимизации социально-экономического пространственного развития территорий страны, ее регионов, муниципальных образований. Целями этой политики являются не только обеспечение устойчивого экономического роста и научно-технологического развития территорий, повышение конкурентоспособности Российской Федерации на мировых рынках, но и обеспечение равных возможностей для реализации установленных Конституцией РФ экономических, социальных и политических прав граждан на всей территории страны, повышение качества их жизни [1]. Инструментом достижения поставленных целей выбрано стратегическое планирование пространственного развития страны, ее регионов и муниципальных образований [2].

Однако, как видно из содержания последнего документа, пространственное развитие территорий трактуется достаточно узко – лишь в социально-экономическом аспекте. Под этим термином понимается рациональная пространственная организация производительных сил, социальной, транспортной и инженерной инфраструктур. Минэконом развития РФ под рациональной организацией видит установление функциональных зон, планируемое в соответствии со стратегией размещения в них объектов федерального, регионального и местного уровней, развитие транспортной, инженерной, социальной и иных инфраструктур, включая схемы территориального планирования страны, ее субъектов, муниципального района и генеральные планы поселений. Это же понимание градостроительного планирования прописано и в Градостроительном кодексе РФ – основополагающем нормативном документе территориального планирования.

В связи с этим возникает ряд вопросов: можно ли при существующей трактовке стратегии пространственного развития территорий, методике ее разработки и порядке осуществления мониторинга и контроля ее реализации успешно решить поставленные стратегические задачи? Чего не хватает в практике пространственного развития наших городов и в какой мере может быть использован отечественный и зарубежный положительный опыт?

Как показал анализ существующей градостроительной практики, процесс укрупнения столиц и региональных метрополий в России сопровождается значительной поляризацией поселений по численности населения, социально-экономическому развитию и качеству жизни граждан, увеличением потоков маятниковой трудовой миграции, ухудшением экологической обстановки, превращением некогда процветающих территорий в трущобы и т. д.

Существующий перекос в градостроительной деятельности и отсутствие эффективного ее регулирования привели к массовому строительству жилья, спрос на которое только растет в ущерб сопутствующей социальной инфраструктуре, транспортному обеспечению, местам приложения труда. Застройка крупнейших городов растет ввысь и вширь, уплотняя центры и захватывая земли сельхозугодий и лесопарков, прибрежные территории рек и озер. Углубляется функциональная поляризация центра и окраин, а улично-транспортные сети не справляются с потоками маятниковой миграции населения. Отсюда ажиотажный спрос на жилье ближе к центру, что успешно капитализирует строительный девелопмент.

Конфликт интересов бизнеса и общества в градостроительной деятельности достиг апогея, вызывая справедливый протест граждан против нарушения их прав на благоприятную городскую среду обитания [3]. Если все и дальше пойдет так, то поставленные государством стратегические цели в части соблюдения экономических и социальных прав граждан, повышения качества их жизни на всей территории страны не будут достигнуты.

Первоочередной задачей является снятие инфраструктурных ограничений для сбалансированного развития крупнейших городов и их окружения и выравнивание социально-экономических условий и качества жизни населения этих территорий.

Каким образом развитые страны мира решили эту проблему в середине прошлого века? Они стабилизировали рост населения крупнейших городов, не увеличивая их застройку ввысь и вширь, создав необходимые социально-экономические условия для развития пригородов и городов-спутников. Формирование полицентрической планировочной структуры происходило как формированием их агломераций, так и созданием полноценных в социальном и экономическом отношении планировочных районов. Действительно, сравнивая динамику развития крупнейших агломераций Большого Парижа, Большого Лондона и Большого Токио, можно заметить, что с 1950-х до начала 2000-х гг. численность населения «внутренних городов» не только не увеличилась, но даже несколько упала, в то время как общее количество населения возросло в несколько раз [4] (рис. 1).

Рис. 1. Сравнительный анализ численности населения Большого Парижа, Большого Лондона, Большого Токио [4]

Классическим примером подобных преобразований явился Париж с полным букетом дискомфорта городской среды. В 1965 г. была принята «Генеральная схема реконструкции и развития Парижского района». Ее градостроительные задачи: избежать дальнейшего уплотнения собственно Парижа, преобразовать его моноцентризм в полицентрическую агломерацию, создав новые городские центры как в районах планируемой урбанизации, так и в современных пригородах; придать развитию города направленный характер вдоль осей урбанизации, сочетая массивы застройки высокой плотности с зонами естественной среды, предназначенными для отдыха. Выбор осей урбанизации предполагал сохранение крупных лесопарковых зон (Фонтенбло, Сенар, Рамбуйе, Сен-Жермен) и индустриально-экономических приоритетов вдоль сложившихся коммуникационных артерий в долинах рек Сены и Марны.

Примечательно, что местами для городских центров были выбраны плато, окаймляющие долины, а сами долины отведены под зеленые рекреационные зоны с учетом максимального сохранения естественных пейзажей. Кроме этого, новые городские центры разместились в депрессивных пригородах Кретей, Версаль, Сен-Дени, Бобиньи, Дефанс, став средством их обновления.

Обновлению подверглись также другие периферийные районы, не представляющие исторической и художественной ценности. Более бережный подход проявляется в модернизации центральных районов с учетом сохранения их исторического облика [5] (рис. 2).

Рис. 2. Генеральная схема развития парижской агломерации. 1 – городской центр; 2 – новое городское образование; 3 – существующая городская застройка; 4 – зеленая зона; 5 – автомобильная магистраль [5]

Создание полицентрической планировочной структуры целесообразно и внутри территорий городов. Особенно это актуально для крупнейших городов России. Разрушение классических основ комплексного освоения территорий в градостроительстве СССР, включая промышленно-селитебные районы, началось в 1960–1970-е гг. в связи с массовым жилищным строительством крупных планировочных районов, так называемых «спальных». Возник дисбаланс размещения мест приложений труда, центров обслуживания и жилых монофункциональных зон, удаленных друг от друга. Это привело к повышенной нагрузке на транспортную систему города и не приспособленную для этого улично-дорожную сеть [6]. Подобно Парижу 1970-х гг., общее количество потерянных часов на 1 человека достигает более 2,5 часа в день, а скорость городского общественного транспорта составляет около 10 км/час. Сохранение прежней градостроительной политики чревато ухудшением этих показателей и дальнейшим снижением качества жизни граждан.

Яркий пример преодоления моноцентрической планировочной структуры внутри городской черты демонстрирует Сингапур. В 1960-е гг. население Сингапура составляло 1,9 млн. человек. Из них две трети проживало в трущобах, а городская среда имела все недостатки крупных мегаполисов: плохие транспорт, жилье, экология, перенаселение, этнические конфликты, что создавало инфраструктурные барьеры для роста города и развития бизнеса. В 1991 г. был принят новый Генеральный план с перспективой на 100 лет. Задачей долгосрочного планирования, по замыслам главного архитектора Луи Тай Кера, явилось сочетание высокого качества городской инфраструктуры, подобной «эффективной машине», с создаваемой «живой» и разнообразной городской средой. Удалось преодолеть моноцентрическую планировочную структуру города, разделив его на пять самодостаточных планировочных районов («регионов») по миллиону жителей в каждом. Коммерческая и деловая активность была развита в районных (региональных) центрах и подцентрах, размещаемых на пересечении веток метро и наземного транспорта, сеть которых для города едина и работает эффективно. Быстро развивающийся бизнес не перегружает центр, а рассредоточен по региональным подцентрам и центрам, благодаря чему ядро города стало местом отдыха горожан, средоточием разнообразных объектов культуры и развлечений развитой туриндустрии. Снижение транспортной нагрузки, приоритет эффективного общественного транспорта избавили город от скопления и пробок легкомоторного транспорта, оздоровили экологическую обстановку воздушного бассейна, земель и водоемов, а в р. Сингапурке можно даже купаться [7] (рис. 3).

Рис. 3. Центр Сингапура – организация рекреационного пространства [7]

Удалось сохранить большие зеленые пространства-разрывы между «регионами», что также улучшило экологию и качество городской среды в целом.

По словам Луи Тай Керра, эта градостроительная политика позволила не только повысить уровень комфорта городской среды, но и свести на нет случаи социальных и этнических конфликтов [8].

В условиях России также поднимаются проблемы формирования полицентрической планировочной структуры крупнейших городов за счет создания условий для превращения городов-спутников и частей крупных поселений в полноценные центры цивилизации, а не ущербные придатки ядра агломерации. Так, в Санкт-Петербурге предлагается сформировать новые центры деловой и коммерческой активности и притяжения населения, создав вокруг города предприятия «серого» (промышленного) пояса, соединенные кольцевыми магистралями [9]. А тот же Луи Тай Кер предлагает разделить Москву на три самодостаточных города [7]. Однако отмечается, что сегодня отсутствует инструмент, позволяющий изменить существующую практику ввиду несовершенства законодательной и нормативной базы в области градостроительства и землепользования, а также наличия межселенных барьеров, амбиций муниципальных властей.

Вторая задача заключается в оптимизации транспортной сети в соответствии с полицентрической планировочной структурой агломераций и их метрополий, а также максимальным сокращением времени доступности центров деловой активности и жилья. В зарубежной практике получил распространение так назывемый транспортно-ориентированный подход (transit oriented development) TOД. В Сингапуре центры деловой активности соединены единой транспортной сетью, где есть место для метро, автомобиля, пешеходов и велосипеда. Вокруг этих центров формируется жилая застройка, уплотняющаяся к центру [7] (рис. 4).

Рис. 4. Единая пешеходно-транспортная сеть Сингапура, связывающая центр и подцентры деловой активности [7]

В Японии – самом развитом и урбанизированном регионе – транспортная система дополнена высокоскоростными железными дорогами, в том числе монорельсовыми и на магнитной подвеске. Так, магистраль «Синкансен» соединяет «большую тройку» городских агломераций (Токио, Нагою и Осаку), объединив их единым транспортным каркасом в мегалополис Токайдо [10] (рис. 5).

Рис. 5. Сеть высокоскоростных железных дорог «Синкансен» [10]

Попытки использования ТОД-подхода осуществляет российско-японская рабочая группа по вопросам городской среды при Минстрое РФ. В ее флагманском проекте «Ботанический сад» (в Москве) продемонстрирована связь метро, железной дороги, наземного транспорта в единый узел не только с пересадочными целями, но и с развитием деловой активности, строительством жилья, общественным пространством и благоустройством р. Яузы [11]. Подобные проекты рабочей группы планируется распространить на другие крупнейшие города России. Как видно, решая задачи собственного пространственного развития, крупнейшие города мира расширяли свою экономику не в старом «панцире» исторически сложившихся планировочных структур, а путем реализации масштабных градостроительных программ по их модернизации. Их целями являлись снятие инфраструктурных ограничений для развития бизнеса, выравнивание социально-экономических условий для жизни населения центра и окраин, сохранение культурных и природных ценностей, формирование комфорта, безопасности и высокого качества городской среды в целом. Не эти ли цели поставлены сейчас в Основах государственной региональной политики России?

Следует, однако, отметить, что согласно планам Минэкономразвития РФ в стране будет создано 20 агломераций городов с оказанием соответствующей господдержки. Однако вызывает недоумение, что их проектирование и формирование стратегий пространственного развития происходят параллельно без особой координации и взаимосвязей. Основной прирост населения снова планируется в крупнейших городах за счет дополнительного уплотнения застройки, роста этажности и консервирования низкого качества комфорта и безопасности городской среды [12].

Задача третья – повышение качества среды городских территорий. Условно городские территории можно разделить на земли преимущественно производственного, жилого, общественно-делового, пешеходно-транспортного, сельскохозяйственного и рекреационного назначения. По эффективности использования они могут быть активными, депрессивными и не используемыми. Качество среды этих территорий характеризуется различным уровнем комфорта, безопасности и эстетики их пространственной организации. К концу прошлого столетия эти территории в стране достигли предельных размеров, дифференциации и монофункциональности, а ввиду остаточного принципа финансирования являлись в большинстве своем малокомфортными, социально и экологически опасными и неэстетичными.

В мировой и отечественной практике получил распространение принцип комбинирования (смешивания) нескольких функций. Их взаимодействие приносит синергетический эффект, повышает транспортно-пешеходную доступность элементов инфраструктуры, повышает разнообразие среды, улучшает эстетический вид застройки, привлекает людей.

Этот принцип может распространяться в границах агломераций и планировочной структуры не только города, но и планировочного района, микрорайона, многофункционального комплекса, квартала, улицы и даже одного высотного здания (вертикальной улицы). Много веков он широко применялся как в других странах, так и в России для формирования улиц и площадей, вплоть до 1960-х гг., когда массовое жилищное строительство спальных районов свободной планировки с минимальным нормативным обслуживанием не вытеснили его вместе с квартальной застройкой. Идея многофункциональной застройки благожелательно воспринята девелопментом, поскольку повышает комфорт, разнообразие, идентичность продукта и его привлекательность для покупателей.

Наглядными примерами могут служить многофункциональные комплексы «Сити Парк» в Москве или «Макаровский квартал» в Екатеринбурге. В первом из них помимо жилья предусмотрены фитнес-центры, рестораны, магазины, детский сад и множество мест для спорта и отдыха. Во втором, на месте снесенной мельницы, размещаются детский сад в здании бывшей лаборатории, оранжерея, зимний сад, летнее кафе, выставочные центры, новые общественные зоны на набережной. В старой мельнице будет жилье в стиле лофт (рис. 6).

Рис. 6. Многофункциональный жилой комплекс «Макаровский». Екатеринбург

Расширяется и линейка различных типов предлагаемых квартир. Так, санкт-петербургская компания Legenda Intelligent Developmant дает на выбор покупателю более 130 различных типов планировок [13].

Стратегия планирования устойчивых жилых пространств ООН-Хабитат предусматривает простор для уличной сети (не менее 30% городской земли), высокую плотность населения (минимум 15 000 жителей на 1 кв. км.), социальное разнообразие жилья (20–50% доступно для среднего класса), полифункциональность (монофункциональные территории не должны занимать более 10% площадей в любом районе) [14]. На основе этих установок ООО «КБ Стрелка» по заказу Дом.рф в 2017 г. разработало и опубликовало первую редакцию книги первой «Свода принципов комплексного развития территорий». В ней определены качественные характеристики городской среды (разнообразие и компактность), желаемые ее модели, принципы комплексного развития городских территорий, а также подробные рекомендации по планировке и застройке жилого района, благоустройству общественных пространств. В последующих книгах предполагается на основе изложенных принципов и моделей конкретизировать меры по развитию существующих жилых зон, освоению свободных территорий и благоустройству открытых общественных пространств. Предполагается на основе этих принципов и мер внести существенные поправки в Градостроительный кодекс Российской Федерации, поправить нормативы градостроительного проектирования [15]. Предлагаемые стандарты комплексного развития территорий и ключевые критерии качественной жилой застройки: разнообразие функций, смешанная застройка, варианты жилья, безопасность, экология, ограничение высотности и плотности застройки в зависимости от ее модели – получили существенную поддержку Минстроя РФ и специалистов на форуме «Среда для жизни: все о жилье», прошедшем 18–19 мая 2018 г. в Калининграде [16] (см. табл.).

Характеристики и показатели

Малоэтажная жилая модель

Среднеэтажная жилая модель

Центральная модель

Площадь квартала, га

2–4

2–3

0,6–1,5

Максимальная длина квартала, м

300

200

150

Высотность застройки, этаж

1–4

5–7

5–9

Плотность застройки, тыс. м2/га

4-6

15–20

18–25

Плотность населения чел./га

50–80

350–450

400–500

Доля помещений коммерческой инфраструктуры,%

5-10

5–20

20–40

Обеспеченность парковочными местами, м.-мест / 1000 чел.

375

235

150

Стандарты комплексного развития жилых территорий можно только приветствовать еще и потому, что в них комфортная и безопасная городская среда трактуется намного шире, чем в приоритетном проекте «Формированные комфортной городской среды», где это формирование сведено лишь к благоустройству общественных пространств [17]. Вопрос заключается в том, насколько быстро они войдут в федеральные нормативные акты, регулирующие градостроительную деятельность в стране.

Особую проблему для развития городов России представляют застроенные территории микрорайонов, к которой относится 77% всего жилого фонда страны. Из них 49% возведено в период массового индустриального строительства (1956–1995). Застройка эта морально и физически устарела, малокомфортна, функционально и эстетически однообразна.

Ее реновация (редевелопмент) В Москве едва ли по силам другим муниципалитетам. Вместе с тем за рубежом за 70 лет накоплен большой опыт по законодательному регулированию, организации и управлению такими программами, их субсидированию из различных источников. Институт экономики города в 2017 г. подготовил обстоятельный обзор реализации подобных масштабных программ в США, Японии, Южной Корее, Гонконге, Нидерландах, Ирландии [18]. Дом.РФ и ООО «КБ Стрелка» планируют разработать и опубликовать принципы развития застроенных территорий в книге второй «Принципов комплексного развития» [15]. Вместе с тем муниципалитеты крупнейших городов уже сейчас могут сформулировать внятную стратегию реновации районов массовой жилой застройки прошлого века, постепенно приближаясь к стандартам полифункциональности, разнообразия и комфорта жилой среды.

Особую задачу представляет повышение эстетических качеств городской среды. Мы не найдем в законодательной и нормативной базе градостроительной деятельности эстетических требований к застройке или архитектуре зданий. В результате наши города сильно уступают в своей красоте городам как Запада, так и Востока. В то же время человечество, по словам Аристотеля, всегда стремилось к красоте. И сейчас в известной «пирамиде счастья» от места проживания Ричарда Флориды эстетическая его привлекательность венчает базовые возможности, услуги и ценности, определяющие качество жизни граждан [19].

Наш молодой девелопмент еще не осознал добавочной стоимости от эстетически выразительного продукта, отсюда полное неуважение к авторским правам архитектора, его профессии. Но коль скоро стратегии пространственного развития городов имеют целью повышение качества жизни граждан, они должны включать удовлетворение и этих потребностей.

Подводя итог, можно сделать следующие выводы: существующая трактовка стратегий пространственного развития муниципальных образований России в недостаточной степени включает задачи качественного совершенствования городской среды. Все это сохраняет существенные ограничения как для роста городов, их привлекательности, так и для повышения качества жизни населения. Опыт крупнейших мегаполисов мира, реализовавших во второй половине XX в. масштабные градостроительные программы децентрализации расселения, формирования полицентрических агломераций и планировочных структур, систем скоростного общественного транспорта, комплексного развития территорий, жесткого градостроительного регулирования, позволил повысить качество городской среды как в комфортном, экологическом, так и в эстетическом отношениях. Учитывая сформулированный общественный запрос на качественную городскую среду, не следует его игнорировать вообще или сводить только к благоустройству общественных пространств. Стратегическое пространственное планирование развития городов на перспективу 2030–2035 гг. по инициативе государственной власти – реальный шанс повышения качества градостроительных и архитектурных решений, архитектурно-пространственной среды городов в целом.

Стариков А.А. СОВРЕМЕННЫЕ ЗАДАЧИ ПОВЫШЕНИЯ КАЧЕСТВА ГОРОДСКОЙ СРЕДЫ [Электронный ресурс] / А.А. Стариков //Архитектон: известия вузов. — 2018. — №4(64). — URL: ссылка