В статье рассматриваются архитектурные подходы к преодолению барьерного эффекта транспортной инфраструктуры, фрагментирующей городскую ткань и ограничивающей пешеходную связность. Анализ сфокусирован на международных проектах трансформации инфраструктурных территорий (надплатформенных, подэстакадных и приинфраструктурных). Предлагается аналитическая рамка, основанная на понятии «архитектурной проницаемости», объединяющей морфологическую связность, программную совместимость и перцептивную читаемость среды. На основе сравнительного исследования кейсов выделены типовые приемы: создание непрерывных пешеходных и велосвязей, интеграция общественных функций в инфраструктурные зоны, а также работа с освещением, озеленением, визуальной навигацией и масштабом. Показано, что применение указанных приемов переводит инфраструктуру из изолирующего элемента в активный каркас общественной жизни.
The paper examines architectural strategies for mitigating the barrier effect produced by transport infrastructure, which fragments urban fabric and reduces pedestrian connectivity. The study reviews international projects that re-purpose infrastructure-related territories across three recurring spatial situations: over-deck, under-viaduct, and adjacent-to-infrastructure. An analytical framework is proposed through the concept of “architectural permeability”, integrating morphological connectivity, programmatic compatibility, and perceptual legibility. A comparative analysis identifies transferable design techniques: continuous pedestrian and cycling routes, hybrid public and recreational programs embedded into infrastructure zones, and targeted work with lighting, planting, wayfinding, and human-scale spatial articulation. The findings show how these techniques transform infrastructure from an isolating engineering object into an active civic framework.
Транспортные магистрали и узлы, обеспечивая мобильность, зачастую формируют пространственные разрывы, усиливают шумовое и визуальное загрязнение и создают барьеры для пешеходных и общественных связей. Данный феномен описывается как «барьерный эффект» / community severance и связывается со снижением социальной связанности и доступности городских функций. Международная практика демонстрирует переосмысление инфраструктуры: от инженерного объекта к гибридной городской системе, сочетающей мобильность, общественное пространство и экологические функции [1, 6, 7, 9,11,12]. Объект исследования – реализованные и проектируемые международные проекты трансформации инфраструктурных пространств и прилегающих территорий, предмет – архитектурные приемы, повышающие проницаемость городской среды. Цель исследования – выявить, проанализировать и систематизировать архитектурные приемы повышения проницаемости в международной практике, а также определить условия их эффективной реализации. Научная новизна работы заключается в предложении аналитической рамки, объединяющей понятие «архитектурной проницаемости» и типологию пространственных ситуаций [3–5].
В рамках данного исследования под архитектурной проницаемостью понимается интегральная характеристика инфраструктурного пространства, отражающая его способность обеспечивать физическую, функциональную и визуально-перцептивную связанность городской среды. Она рассматривается как совокупность трех взаимосвязанных уровней: морфологического, программного и перцептивного.
Вектор развития архитектуры в рассматриваемой теме определяется переходом от барьерных структур к проницаемым инфраструктурам, где ключевыми становятся непрерывность маршрутов, гибридность функций и комфорт восприятия среды [1, 9, 12].
Материал исследования составили 30 международных кейсов трансформации инфраструктурных территорий, сгруппированных по трем пространственным ситуациям: надплатформенные решения, подэстакадные пространства и приинфраструктурные территории. К надплатформенным относятся проекты, в которых общественные или функционально насыщенные пространства формируются на перекрытиях транспортной инфраструктуры либо непосредственно над ней, образуя дополнительный уровень городской среды. Подэстакадные – это территории под действующими эстакадами, путепроводами и мостами, переосмысляемые как общественные, рекреационные, культурные или спортивные зоны. К приинфраструктурным относятся территории, формирующиеся вдоль, вокруг или на месте транспортных коридоров, где архитектурные и ландшафтные решения направлены на восстановление связности, экологизацию и общественную активацию среды.
Отбор осуществлялся по критериям доступности проектной информации (публикации, описания решений, визуальные материалы) и репрезентативности для типологии. Базовая выборка представлена в табл. 1–3 [1–3].
Методика включает: понятийное моделирование – для операционализации концепта «архитектурной проницаемости»; типологический анализ – для выделения повторяющихся пространственных ситуаций; сравнительный анализ – для сопоставления приемов на морфологическом, программном и перцептивном уровнях, а также выявления повторяющихся архитектурных приемов, формирующих проницаемость инфраструктурных пространств. Для усиления воспроизводимости выводов введена оценочная матрица проницаемости (табл. 4) [2, 4, 5].
Оценочная матрица строится по 8 критериям (C1–C8), отражающим морфологические, программные и перцептивные качества. Каждый критерий оценивается по шкале 0–2 (0 – отсутствует/не выражен; 1 – выражен частично; 2 – выражен ярко). Суммарный балл (0–16) используется как компактный индикатор степени проницаемости в рамках сравнения. Оценка носит экспертно-аналитический характер и выполнялась по открытым описаниям проектов и визуальным материалам [2, 4, 5].
Критерии C1–C2 характеризуют морфологическую связность, C3–C4 – программную насыщенность и управляемость, C5–C8 – перцептивный и эксплуатационный комфорт. В совокупности они позволяют оценивать архитектурную проницаемость как интегральное качество среды. Критерии оценки (C1–C8): – C1: Связность маршрутов. Степень непрерывности пешеходных и велосипедных маршрутов и их включенности в городскую сеть. – C2: Пересечения/вертикаль. Качество горизонтальных и вертикальных переходов, узлов доступа, лестниц, пандусов и лифтов. – C3: Смешение функций. Наличие гибридных общественных, культурных, спортивных, рекреационных и сервисных программ. – C4: Программирование/управление. Регулярность событий, сценариев использования и управленческая поддержка пространства. – C6: Озеленение/экология/шум. Вклад озеленения в экологический и акустический комфорт среды. – C7: Навигация/читаемость. Степень интуитивной понятности маршрутов и пространственной структуры. – C8: Человекоразмерность/комфорт. Соответствие масштаба и организации среды потребностям пользователя.
Под качественными пересечениями понимаются узлы взаимодействия пешеходных и транспортных потоков, обеспечивающие удобный, безопасный и интуитивно понятный переход между уровнями; под регулярным программированием – систематическое наполнение пространства событиями и функциями; под гибридностью – сочетание нескольких функциональных сценариев в одном пространстве.
В рамках исследования выделены три типологические группы. В табл. 1–3 представлены сравнительные матрицы 30 примеров по уровням: морфология – программа – восприятие. Табл. 4 фиксирует оценку проницаемости по критериям C1–C8. Под уровнем «восприятие» в таблицах понимается совокупность факторов, влияющих на субъективное восприятие пространства пользователем, включая освещенность, визуальную открытость, навигационную читаемость, масштаб среды и уровень психологического комфорта.
На основе проведенного анализа сформулированы ключевые архитектурные приемы повышения проницаемости инфраструктурных пространств: формирование непрерывных пешеходных и велосипедных маршрутов, организация качественных пересечений, интеграция гибридных функций, регулярное программирование пространства, работа с освещением и безопасностью, использование озеленения как экологического и акустического инструмента, формирование читаемой навигационной структуры, а также обеспечение человекоразмерности и комфорта среды.
Отдельную группу составляют проекты, реализованные через демонтаж или радикальную реконструкцию барьерной транспортной инфраструктуры, такие как Cheonggyecheon, Embarcadero Freeway removal и Alaskan Way Viaduc tremoval. В этих случаях проницаемость достигается не адаптацией существующего барьера, а его устранением и последующим восстановлением городской ткани, что формирует иной характер среды и требует иных архитектурных подходов.
Кейсы высокой группы (12–16) демонстрируют наибольшую устойчивость результата: проницаемость обеспечивается не одним приемом, а связкой решений по всем трем уровням. Средняя группа (7–11) чаще отражает сильную сторону в одном-двух уровнях при недостаточной проработке третьего (например, хорошие связи без устойчивого программирования). Низкая группа (0–6) указывает на необходимость перехода от точечных активностей к системной связности и управлению сценариями.
Сопоставление матриц показывает, что высокие значения характерны для проектов, где одновременно решены: (а) непрерывность пешеходных/вело-связей и качество пересечений, (б) гибридность программ (культура, спорт, сервисы) и регулярное программирование, (в) перцептивный комфорт (свет, озеленение, навигация, человекоразмерность). Низкие значения чаще соответствуют решениям, где инфраструктурная «пустота» активирована локально, но не встроена в систему городских маршрутов и не поддержана устойчивым управлением [2, 4, 5, 8].
Проведенный анализ подтверждает, что архитектурная трансформация инфраструктурных пространств является инструментом восстановления связности городской ткани и формирования гибридных общественных маршрутов. Предложенная рамка «архитектурной проницаемости» и введенная оценочная матрица позволяют сопоставлять разнородные кейсы и выявлять воспроизводимые приемы, применимые в различных пространственных ситуациях. Результаты исследования показывают, что ключевыми условиями успешной трансформации выступают непрерывность маршрутов, гибридность функций, перцептивный комфорт, а также поэтапность и адаптивность реализации. Полученные выводы могут быть использованы при разработке проектов реорганизации инфраструктурных пространств в различных градостроительных условиях.
Раимов К.Р. Архитектурно-функциональная трансформация инфраструктурных пространств: международные практики и концепт «проницаемости» / К.Р. Раимов, Р.Х. Ахтямова //Архитектон: известия вузов. — 2026. — №2(94). — URL: