Исторические промышленные объекты и территории как памятники индустриальной эпохи начали изучаться, а затем сохраняться и перепрофилироваться только в последней четверти ХХ в. Именно с 1970-х гг. под руководством только что созданного Международного комитета по сохранению индустриального наследия (TICCIH) стала осуществляться научно-исследовательская и практическая деятельность, позволившая обратить внимание на культурно-историческую ценность памятников промышленного прошлого [1].

В нашей стране в это время еще не сформировано понимание значимости объектов индустриальной эпохи, но отдельные специалисты (историки, архитекторы, музейные работники, краеведы и др.) уже проводили исследования. Так, на Урале независимо от общемирового движения за сохранение индустриального наследия и параллельно с ним начинается очень похожий процесс, но ориентированный в большей степени на выявление, изучение и паспортизацию исторических промышленных объектов/территорий, находящихся в тот момент в структуре активно работающих предприятий. В рамках действовавшей с 1972 г. комплексной научно-творческой программы «Каменный пояс», созданной на базе Свердловского архитектурного института, стали организовываться ежегодные научные экспедиции с участием студентов и преподавателей, благодаря которым был накоплен значительный объем историко-архитектурного знания о региональном промышленном зодчестве [2]. «Проведение этих эмпирико-эволюционных исследований позволило впервые осуществить научное описание ранее неизвестных и уникальных объектов промышленного зодчества и установить определенную хронологию архитектурных событий» [3, с. 73]. Кроме того, наряду с этими историко-архитектурными изысканиями в Институте истории и археологии Уральского Отделения РАН также «сложилась представительная и авторитетная научная школа по изучению индустриальной истории, заслуги которой признаны в стране и мире» [4, с. 89]. В этот период и в других промышленных регионах и городах России отдельные специалисты своими исследованиями также старались привлечь внимание общества к наследию индустриальной эпохи.

В начале 1990-х гг. Россия присоединилась к движению за сохранение индустриального наследия с центром на Урале, точнее в Екатеринбурге, поскольку с самого начала именно уральские ученые становились национальными представителями в TICCIH от нашей страны. После этого события работа по изучению и сохранению памятников индустриальной эпохи вышла на новый уровень. В итоге под влиянием проводимых научно-исследовательских и практических мероприятий постепенно стало меняться отношение общества к исторически ценным промышленным зданиям, комплексам и территориям. Поэтому сейчас, в условиях, когда в России интерес к памятникам индустриальной эпохи только растет, важно выявить основные этапы признания исторически ценных промышленных объектов и территорий памятниками Всемирного наследия. Подобное исследование позволит сформировать основные направления стратегии актуализации объектов индустриального наследия в структуре старопромышленных регионов России в соотнесении с общемировыми тенденциями. В качестве объекта исследования определен Список Всемирного наследия ЮНЕСКО, поскольку анализ его динамики дает полную картину изменения отношения к памятникам индустриальной культуры на мировом уровне.

Вопросы формирования Списка Всемирного наследия ЮНЕСКО и места в нем памятников индустриальной эпохи поднимались в публикациях ученых, представляющих разные области науки. В этих работах изучаемая тема либо являлась одной из ведущих, либо становилась своего рода иллюстрацией изменений, происходивших в процессе номинирования объектов в Список Всемирного наследия. Так, Е.В. Алексеева, раскрывая актуальные задачи сохранения индустриального наследия Урала, достаточно развернуто знакомит нас с отдельными историческими промышленными объектами и территориями, которые уже включены в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО [5]. При этом первоначально она определяет перечень типов рассматриваемых объектов, отмечая, что «памятники индустриального наследия в этом списке представляют разные сферы промышленной деятельности: заводы, фабрики, транспортные системы, индустриальные ландшафты, рабочие поселения, шахты и т.д.» [5, с. 382], а затем последовательно раскрывает их особенности в каждой из выделенных групп. Типологический принцип также используется и авторами статьи «Всемирное наследие горного дела» с той лишь разницей, что исследование концентрируется на описании специфики 15 памятников мирового горнопромышленного наследия [6]. В свою очередь, М.С. Штиглиц на примере Санкт-Петербурга поднимает вопросы расширения границ объектов, которые уже включены в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО, за счет наиболее значимых памятников промышленной архитектуры, при этом особое внимание уделяя роли глобальной стратегии Комитета по Всемирному наследию в устранении пробелов и дисбаланса в формируемом списке [7]. Кроме того, в другой публикации М.С. Штиглиц приводит периодизацию истории охраны промышленного наследия в России [8], что позволяет сопоставить отечественный и мировой процессы.

Однако в ряде научных работ памятники индустриального наследия показаны только в контексте основной темы, поскольку в них именно Список Всемирного наследия ЮНЕСКО становится объектом исследования. В частности, М.Е. Кулешова в статье 2007 г. в процессе сравнительного анализа информации об объектах из Списка Всемирного наследия выявляет и кратко описывает типы культурных ландшафтов, в том числе и индустриальные, классифицируя их по отраслевому принципу [9], а в публикации 2018 г. она, используя разработанную функциональную типологию, показывает изменение состава Списка Всемирного наследия ЮНЕСКО в номинации культурных ландшафтов [10]. Статья Н.В. Максаковского является обобщающим исследованием, в котором благодаря изучению комплекса документов, размещенных на сайте ЮНЕСКО, были определены основные этапы развития и современные тенденции формирования Списка Всемирного наследия [11]. Автор не рассматривает подробно выдающиеся памятники индустриального эпохи, а лишь приводит их как примеры изменения типологического состава объектов в этом списке. Так, в аспекте расширения специфических тем списка он называет отдельные объекты в таких номинациях, как: исторические горнопромышленные районы, исторические железные дороги, рабочие городки, промышленная архитектура. Закономерно, что подобные статьи за счет обобщения многих исторических фактов и документов являются своеобразным фундаментом для проведения дальнейших, более углубленных исследований, которые касаются изучения механизмов признания Всемирным наследием отдельных типов объектов, в том числе и таких, как памятники индустриальной эпохи.

Итак, в описанных публикациях изучение памятников индустриальной эпохи, входящих в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО, главным образом происходило с позиций их функциональной типологии, а сама хронология номинирования исторических промышленных объектов и территорий до сих пор не исследовалась. В связи с этим актуальным становится рассмотрение хода включения памятников индустриальной эпохи в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО с момента его появления в 1978 г. по настоящее время как единого процесса, который находится под влиянием определенных условий.

Цель данной статьи – выявить основные этапы процесса внесения памятников индустриальной эпохи в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО для последующего определения направлений изучения и актуализации исторически ценных промышленных объектов и территорий России с учетом общемировых тенденций.

В соответствии с поставленной целью была разработана методика и определены источники исследования. В связи с направленностью работы на выявление основных этапов процесса признания исторических промышленных объектов и территорий памятниками Всемирного наследия в комплекс методов наряду с общенаучными были включен и ряд специальных исторических методов исследования. Так, использование проблемно-хронологического и историко-генетического методов позволило реконструировать процесс включения выдающихся памятников индустриальной эпохи в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО и показать те исторические события, которые оказали влияние на признание культурно-исторической ценности объектов промышленного прошлого. В свою очередь, типологический метод был применен для определения тех типов исторических промышленных объектов и территорий, которые были характерны для каждого из выявленных этапов изучаемого процесса.

Основными источниками исследования послужили сайты трех организаций: UNESCO (Организация Объединённых Наций по вопросам образования, науки и культуры), ICOMOC (Международный совет по охране памятников и исторических мест) и TICCIH (Международный комитет по сохранению индустриального наследия). Из обозначенных сайтах были изучены материалы, которые оказали влияние на увеличение количества включенных в Список ЮНЕСКО выдающихся памятников индустриального наследия. При этом главным носителем информации стал Список Всемирного наследия (World Heritage List), расположенный на сайте ЮНЕСКО (UNESCO)¹ [12].

Выявление памятников индустриального наследия, включенных в список ЮНЕСКО, осуществлялось в процессе изучения кратких описаний этих объектов и в соответствии с установленными в работе границами. В качестве хронологических границ определен период с XVI в. и до 70-х гг. ХХ в., поскольку в это время индустриальная история проходила свое формирование от протоиндустриального этапа, связанного с мануфактурным производством до этапа собственно индустриализации [13, 14]. Кроме того, промышленные здания, сооружения, комплексы и ландшафты именно этого периода осмыслены современным обществом как «индустриальное наследие», требующее сохранения и адаптации для современных потребностей человека. Хронологически более ранние комплексы и ландшафты в обозначенный перечень не вошли, несмотря на то что они довольно активно включаются в последнее время в Список ЮНЕСКО. По типологическим характеристикам предпочтение отдано объектам в довольно широком диапазоне от масштабных горнозаводских культурных ландшафтов, фабричных городов и деревень, комплексов промышленных предприятий до отдельных зданий и различных инженерных сооружений (мостов, каналов, железных дорог и т. д.). В обозначенный перечень не вошли сельскохозяйственные ландшафты, которых достаточное количество в Списке ЮНЕСКО и для некоторых исследователей подобные объекты являются индустриальными.

Таким образом, применение описанного комплекса методов позволило сформировать перечень памятников индустриальной эпохи, последовательно включенных в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО с 1978 г. по настоящее время. На основе этого хронологического исследования и определены те исторические события, которые повлияли на изменение отношения к выдающимся памятникам индустриального наследия.

Список Всемирного наследия ЮНЕСКО начал формироваться с 1978 г., когда памятниками были объявлены 12 объектов из восьми стран. В июне 2026 г. в этом списке насчитывается 1248 объекта, из них, согласно требованиям проводимого исследования, было выявлено 59 (4,7%) памятников индустриальной эпохи, которые по классификации ЮНЕСКО относятся к категории культурного наследия. Причем в это количество также включено три трансграничных объекта, например ртутные копи Альмадена и Идрии, находящиеся одновременно на территориях Испании и Словении, а также девять культурных ландшафтов (первым в 1997 г. был зарегистрирован культурный ландшафт Хальштатт-Дахштайн, район Зальцкаммергут в Австрии, а одним из последних в 2021 г. – горнопромышленный ландшафт Рошия-Монтанэ в Румынии). Признанные ЮНЕСКО памятники индустриального наследия находятся в 27 странах мира, однако больше всего их на территории Европы. И это вполне объяснимо, поскольку именно европейские страны, в частности Великобритания, явились колыбелью промышленной революции. В итоге по числу подобных памятников первое место занимает Великобритания – 9, затем Германия – 7, Япония – 4; Франция, Швеция, Нидерланды, Италия и Мексика – по 3; в других странах – 2 или 1 объект. В России сейчас нет ни одного зарегистрированного памятника индустриальной эпохи. Однако в феврале 2023 г. от Российской Федерации впервые был номинирован и внесен в предварительный Список Всемирного наследия ЮНЕСКО памятник индустриальной эпохи – комплекс Воскресенского медеплавильного завода, расположенный в поселке Воскресенское Мелеузовского района Республики Башкортостан. В описании, размещенном на сайте ЮНЕСКО, Воскресенский завод определяется как уникальный объект промышленной архитектуры Южного Урала середины XVIII – начала XIX в. и наиболее сохранившийся образец медеплавильного производства. На предлагаемой к охране исторической территории сохранилось 12 объектов – это промышленные здания и сооружения (плотина, главный заводской корпус, литейный, плющильный и вспомогательные цехи), а также церковь, жилые дома, заводоуправление и больница [15].

Первым историческим промышленным объектом, включенным в список ЮНЕСКО в 1978 г., стал комплекс «Королевские соляные шахты в Величке и Бохне», а затем уже в 1980-е гг. выдающимися памятниками Всемирного наследия были признаны еще 6 объектов. Начиная с последнего десятилетия ХХ в. процесс номинирования подобных объектов стал более активным и в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО были внесены: в 1990-е гг. 14, в 2000-е гг. 16, а в 2010-е гг.17 памятников индустриальный эпохи, совершенно различных по масштабу и типологии. За пять лет текущего десятилетия в 2021–2025 гг. список ЮНЕСКО пополнили еще два культурных ландшафта, которые находятся в Великобритании и Румынии, а также три исторических промышленных объекта из Ирана, Чехии и Японии. Итак, количественные показатели отражают все возрастающий интерес к памятникам индустриального наследия на мировом уровне, но не показывают, как качественно менялся перечень объектов, какими типами зданий, комплексов, территорий и когда он дополнялся, а также с чем, собственно, связана подобная динамика. Ответить на поставленные вопросы возможно только в процессе детального изучения, например, кратких описаний этих объектов на сайте ЮНЕСКО, представленных в хронологической последовательности по десятилетиям. При этом более пристальное внимание необходимо уделить ключным объектам каждого десятилетия, как открывающим новую тему списка или типологическую группу выдающихся памятников индустриального наследия.

В конце 1970-х –1980-е гг. статус выдающихся памятников Всемирного наследия промышленной типологии получили 7 объектов. На начальной стадии формирования списка ЮНЕСКО в него включались памятники, которые были уже признаны профессиональным сообществом историков, искусствоведов, архитекторов, а иногда даже выступали в качестве национальных символов тех стран, в которых они находились. В это время в списке преобладали такие номинации, как «исторические части старых городов», «архитектурные шедевры» [11]. Все это характерно и для перечня выдающихся памятников промышленной типологии этого десятилетия. Так, больше половины объектов (четыре из семи) – это исторические города, которые стали активно формироваться в XVII–XVIII вв. рядом с рудниками по добыче меди, золота и серебра в таких странах, как Норвегия (шахтерский город Рёрус), Бразилия (исторический город Ору-Прету), Боливия (горнозаводской город Потоси), Мексика (исторический город Гуанахуато и прилегающие рудники). Первым в ряду этих промышленных поселений стал шахтерский город Рёрус в Норвегии, территория исторической части которого была зарегистрирована в 1980 г. как объект Всемирного наследия, а в 2010 г. получила значительное расширение за счет окружающих город индустриально-сельскохозяйственных культурных ландшафтов и непосредственно связанных с ними поселений. Ценность этого объекта в том, что он является носителем информации о становлении и расцвете культуры, связанной с добычей меди, в отдаленном районе с суровым климатом [16].

Два из трех промышленных комплексов, получивших искомый статус в этом десятилетии, отражают процесс добычи или производства соли и являются национальными символами в своих странах или общемировыми архитектурными шедеврами. Первый объект – это «Королевские соляные шахты в Величке и Бохне», которые представляли собой крупное предприятие, старейшее в своей отрасли промышленности не только в Польше, но и в Европе. Также они иллюстрируют этапы развития горнодобывающей техники в Европе с XIII по XX в. Второй объект расположен во Франции и при включении в список ЮНЕСКО в 1982 г. получил название «От Великих солеварен Сален-ле-Бен до Королевских солеварен Арк-э-Сенан: производство соли открытым способом». Объединение солеварен Сален-ле-Бени и Арк-э-Сенан в единый охраняемый объект культурного наследия продиктовано тем, что они представляют собой выдающийся технический комплекс для добычи и производства соли путем откачки подземного рассола и использования огня для его кристаллизации. Кроме того, королевская солеварня в Арк-э-Сенан, построенная по проекту Клода-Николя Леду, признается и выдающимся произведением промышленной архитектуры и свидетельствует о фундаментальном культурном изменении в Европе в конце XVIII в. – рождении индустриального общества.

Однако при всей значимости описанных объектов, все же важнейшим для развития индустриальной темы в списке ЮНЕСКО событием становится признание в 1986 г. выдающимся памятником Всемирного наследия объекта «Ущелье Айронбридж», который расположен в Шропшире на западе Англии. На этой исторической индустриальной территории площадью 550 га в долине р. Северн «на базе старинных металлургических заводов Дарби, в цехах конца XVIII века демонстрируются первые паровые машины и другое техническое оборудование в среде, сохранившей первоначальный характер» [14, с. 126]. Центральный элемент всего комплекса – мост Айронбридж, который первым в мире был построен из железа по революционной для своего времени технологии. Принято считать, что ущелье Айронбридж – «колыбель промышленной революции XVIII в.» и одновременно своеобразный символ движения за сохранение индустриального наследия, поскольку именно здесь в 1973 г. состоялся Первый международный конгресс по сохранению промышленных памятников. Основным результатом работы конгресса стало признание того, что сохранившиеся памятники индустриальной деятельности человека являются фундаментальной составляющей наследия народов всего мира, а их изучение составляет важную область исторических исследований [17]. Вскоре после конгресса был создан Международный комитет по сохранению индустриального наследия (TICCIH), сферой деятельности которого стало изучение и сохранение промышленных территорий, строений и архитектуры, заводов и оборудования, промышленных поселений, ландшафтов, продукции, технологий, а также документации индустриальных объектов [18].

Итак, в 1980-е гг. индустриальная тема была заявлена в Списке Всемирного наследия ЮНЕСКО памятниками, наиболее известными и хорошо знакомыми специалистам не только в своих странах, но и во всем мире. Однако с началом сотрудничества TICCIH и ICOMOS в 1985 г. было задано направление исследований, ориентированное на поиск и открытие еще не имеющих мирового признания уникальных памятников различной промышленной типологии.

В 1990-е гг. статус выдающегося памятника Всемирного наследия промышленной типологии получили 14 объектов. В это десятилетие было принято несколько программных документов, которые повлияли на формирование нового взгляда на вопросы охраны, в том числе и памятников индустриального прошлого. Так, после опубликования в 1992 г. Руководства по выполнению Конвенции об охране всемирного наследия ЮНЕСКО в международную практику впервые было введено понятие культурного ландшафта как самостоятельного элемента культурного или культурно-природного наследия [19]. Подобное нововведение позволило переключить внимание ученых и практиков с решения вопросов охраны отдельных памятников на выявление, изучение и актуализацию исторически ценных территориальных комплексов как сложно организованных целостных образований. С этого времени стали определять и отдельный тип культурных ландшафтов – это индустриальные культурные ландшафты, которые целенаправленно создавались в процессе производственной деятельности человека.

Другим важным документом для признания ценности индустриального наследия стала Глобальная стратегия, реализуемая с 1994 г. и направленная на создание репрезентативного, сбалансированного и заслуживающего доверия Списка Всемирного наследия [20]. Появление подобной стратегии во многом было обусловлено тем, что с момента принятия Конвенции об охране Всемирного наследия в 1972 г. значительно расширился смысл и объем концепта «Всемирное наследие», а проведенные ICOMOC в 1987–1993 гг. исследования выявили несбалансированность Списка Всемирного наследия по типу включенных в него объектов и по представленным в нем географическим зонам и регионам. В частности, по результатам этих исследований было признано, что индустриальное наследие недостаточно представлено в Списке Всемирного наследия ЮНЕСКО. Именно с начала 1990-х гг. сотрудничество ICOMOC и TICCIH становится более интенсивным благодаря проведению исследований, которые и способствовали реализации Глобальной стратегии в аспекте раскрытия ценности индустриального наследия.

В рамках этого сотрудничества в 1994 г. сначала составлен, а затем представлен на рассмотрение Комитету Всемирного наследия первый общий список выдающихся промышленных памятников TICCIH, который включал 33 объекта и ландшафта. В дальнейшем на его основе сформированы предварительные списки исторически ценных промышленных объектов разных стран. Однако предложенный TICCIH список промышленных памятников был определен Комитетом Всемирного наследия слишком широким по охвату объектов. Поэтому с середины 1990-х гг. с участием специалистов TICCIH начинают проводиться тематические исследования по отдельным отраслям, в ходе которых разрабатываются критерии для обоснованного сравнения разбросанных по всему миру исторически ценных промышленных объектов [21]. В итоге за это десятилетие TICCIH совместно с ИКОМОС подготовил четыре исследования по выдающимся памятникам промышленной типологии: индустриальным поселениям (1995), каналам (1996), мостам (1997) и железным дорогам (1999) [22]. Проведенные исследования значительно облегчили внесение в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО еще не признанных на мировом уровне уникальных памятников различной промышленной типологии.

Итак, благодаря научно-исследовательской деятельности TICCIH в 1990-х гг. в списке всемирно признанных промышленных памятников появились новые типы производственных зданий и комплексов, а также первые инженерные сооружения и объекты транспорта. В начале 1990-х гг. в список ЮНЕСКО включены три выдающихся исторических горнодобывающих центра по добыче цветных металлов, которые возникли рядом со средневековыми городами и горными массивами: в Германии (шахты Раммельсберга, исторический город Гослар и система управления водными ресурсами Верхнего Гарца), в Словакии (исторический город Банска-Штьявница и технические памятники в его окрестностях), в Мексике (исторический центр города Сакатекас). В окрестностях этих городов до сих пор сохраняются обширные комплексы технических сооружений, связанных с добычей и переработкой руд цветных металлов (шахты, туннели, башни и сложные системы водоотведения). При этом после тематического исследования TICCIH по промышленным поселениям в 1995 г. памятником Всемирного наследия признан фабричный поселок Креспи-д`Адда (Италия), который был построен в конце 1920-х гг. для проживания рабочих текстильной фабрики. Так, в Списке Всемирного наследия наряду с уже признанными ценными горнодобывающими городами, как правило, средневековыми, впервые появился новый тип рабочего поселения начала XX в. – это «город компании», в котором воплощена философия просвещенных промышленников Европы и Северной Америки по отношению к своим рабочим.

Также в этом десятилетии сразу три новых промышленных комплекса признаны памятниками Всемирного наследия, благодаря чему были расширены хронологические и отраслевые рамки этой номинации исторических индустриальных объектов. Причем два из вновь включенных в Список комплексов являлись крупными для своего времени металлургическими предприятиями – это железоделательный завод Энгельсберг в Швеции и металлургический завод в городе Фëльклинген в Германии. Однако, если первое предприятие признается «примером влиятельного европейского промышленного комплекса XVII–XIX вв.», то второе считается «выдающимся примером интегрированного предприятия по производству чугуна того типа, который доминировал в этой отрасли в XIX и начале XX вв.» [12]. Тем самым впервые в поле зрения попадает комплекс, который активно работал на рубеже XIX–ХX вв. В этот же период функционировал и третий включенный в список комплекс деревоперерабатывающей фабрики в Верле (Финляндия), однако по масштабу он являлся небольшим предприятием, тесно связанным с окружающим его поселением и ландшафтом, и относился к отрасли лесной промышленности, что было впервые.

При этом прорывным можно считать включение в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО во второй половине 1990-х гг. сразу шести инженерных сооружений и транспортных объектов, что во многом произошло благодаря проведению тематических исследований TICCIH по каналам и железным дорогам. Так, два из четырех памятников инженерного искусства непосредственно связано с каналами (канал-Дю-Миди во Франции и четыре судоподъемника для судов на канале Дю-Сантр в Бельгии), а оставшиеся два находятся на территории Нидерландов и являются частью гидротехнических систем по управлению водными ресурсами (ветряные мельницы в районе Киндердейк-Элсхаут и паровая насосная станция Вауда). Два памятника транспортной инженерии (железная дорога Земмеринг в Австрии и горные железные дороги Индии) возведены во второй половине XIX в., на начальном этапе строительства железных дорог, в высокогорной местности с применением интересных инженерных решений.

Помимо этого, в 1997 г. впервые официально признан индустриальный культурный ландшафт, который расположен в Австрии – это культурный ландшафт Хальштатт-Дахштайн/ Зальцкаммергут. Он относится к ландшафтам добывающих отраслей, в частности, в этой местности Австрии с давних времен разрабатывались месторождения соли.

Итак, в 1990-е гг. изменился подход к внесению памятников индустриального прошлого в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО, а проведенные в этом десятилетии тематические исследования TICCIH в сотрудничестве с ICOMOC сформировали определенный фундамент для признания памятников индустриального наследия в будущем. Именно в это десятилетие тема выявления ценности памятников промышленной типологии начинает активно разрабатываться наряду с темами культурных ландшафтов и архитектуры ХХ в.

Особенностью этого десятилетия стало упрочение значимости TICCIH в выявлении и внесении в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО памятников промышленной типологии. Так, в 2000 г. на Конгрессе тысячелетия (Millennium Congress) в Лондоне между ICOMOS и TICCIH подписано официальное соглашение, согласно которому TICCIH становится Экспертным комитетом по индустриальному наследию, что позволяет его специалистам оценивать промышленные памятники и рекомендовать их для включения в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Уже в 2001 г. проводится новое тематическое сравнительное исследование по угольным шахтам, в котором определяются критерии отбора этих промышленных памятников для номинации в Список [22].

Однако наиболее важным событием этого времени стало подписание Нижнетагильской хартии на XII Международном Конгрессе по сохранению индустриального наследия TICCIH, который проходил в июле 2003 г. в России: последовательно в Москве, Екатеринбурге и Нижнем Тагиле. В этом программном документе впервые определено содержание понятия «индустриальное наследие», а также раскрыты основные позиции работы с памятниками промышленного прошлого, а именно: сформулированы аспекты их ценности, обоснована важность их выявления, регистрации и исследования, описаны особенности их правовой защиты, обслуживания, сохранения, представления и интерпретации, а также намечены направления обучения специалистов в этой области. В самом определении утверждалось, что индустриальное наследие имеет историческую, технологическую, социальную, архитектурную или научную ценность и включает здания и механизмы, мастерские, мельницы, заводы, шахты, склады и хранилища, энергетическую и транспортную инфраструктуру, социальный комплекс предприятий, например жилье, культовые объекты, образование [23]. Подобное расширение сферы индустриального наследия определило новые направления изучения памятников мирового промышленного прошлого.

Начатая в предыдущем десятилетии активная разработка темы культурных ландшафтов в 2000-х гг. дала свои результаты: сразу несколько индустриальных культурных ландшафтов были официально признаны памятниками Всемирного наследия промышленной типологии. В 2000 г. в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО был включен горнопромышленный ландшафт Блэнавон (Великобритания), расположенный на юго-востоке Уэльса, в районе добычи угля и железных руд. В настоящее время на довольно обширной территории сохранились угольные и рудные шахты, карьеры, старая железная дорога, доменные печи металлургического завода, дома рабочих и объекты социальной инфраструктуры. Следующим официально признанным в 2006 г. стал горнопромышленный ландшафт Корнуолла и Западного Девоншира (Великобритания), который относится к историческим ландшафтам добывающих отраслей, в частности глубокой добычи преимущественно меди и олова. Технологический комплекс сохранившихся на этой территории сооружений отражает «значительный вклад этого региона в промышленную революцию и коренные изменения в добыче полезных ископаемых во всем мире» [12]. В 2007 г. в список Всемирного наследия был внесен серебряный рудник Ивами-Гинздан и его культурный ландшафт (Япония), который находится в юго-западной части острова Хонсю. В настоящее время здесь сохранились остатки крупных рудников, плавильных и обогатительных фабрик, а также поселений шахтеров.

Однако кроме официально признанных следует выделить и так называемые «скрытые» культурные ландшафты – это, по мнению М.Е. Кулешовой, «объекты наследия, отнесенные к другим категориям, содержат существенные признаки культурных ландшафтов или даже идентифицируются страной-заявителем как культурные ландшафты» [9, с. 7]. К подобным памятникам индустриального наследия следует отнести три объекта: горнопромышленный район Большой Медной горы в Фалуне (Швеция); фабрики в долине реки Дервент (Великобритания), заводы по производству селитры в Хамберстоне и Санта-Лауре (Чили). И если первый индустриальный ландшафт складывался вокруг огромного горного карьера, тем самым раскрывая особенности медеплавильного производства, то два других создавались в процессе строительства предприятий определенных отраслей промышленности (в долине р. Дервент в центральной Англии в XVIII–XIX вв. организована система новых хлопчатобумажных фабрик, а в Чили рядом с заводами Хамберстон и Санта-Лаура на обширной территории сформирован промышленный комплекс по производству селитры).

Промышленный комплекс угольной шахты Цольферайн в Эссене (Германия), признанный в 2001 г. памятником Всемирного наследия сразу после тематического исследования TICCIH по угольным шахтам, также можно отнести к небольшому по масштабу индустриальному ландшафту. Ценность его во многом определяется полнотой сохранившейся инфраструктуры «исторического комплекса угольной шахты, включая некоторые здания XX в., обладающие выдающимися архитектурными достоинствами» [12].

К тому же дальнейшее развитие в этом десятилетии получает тема поселения, организованного компанией/промышленником под конкретное производство и получившего название «город компании» (company towns). В 2001 г. сразу два фабричных поселка этого типа из Великобритании признаны памятниками Всемирного наследия – это Нью-Ланарк (деревня для рабочих хлопкопрядильных фабрик, специально построенная в конце XVIII в. на р. Клайд в Шотландии и неразрывно связанная с именем утописта Р. Оуэна) и Солтейр (промышленный поселок для рабочих текстильных фабрик, возведенный во второй половине XIX в. на р. Эйр в Западном Йоркшире и являющийся примером викторианского филантропического патернализма) [12]. Включенный в 2006 г. в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО шахтерский город Сьюэлл, построенный в Чилийских Андах в начале ХХ в. рядом с крупнейшей шахтой по добыче меди, также относится к городам компаний. В свою очередь, признанные памятником Всемирного наследия в 2009 г. промышленные города Ла Шо-де-Фон и Ле-Локль в Швейцарии, расположенные рядом и образующие единый градостроительный ансамбль, хотя и не являлись городами компаний, но были моноиндустриальными поселениями, поскольку организовывались исключительно для часового производства.

Впервые в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО в 2004 г. включен памятник науки и техники – это радиостанция Гриметон в Варберге на юге Швеции, которая является «единственным сохранившимся примером крупной передающей станции, созданной на основе доэлектронных технологий» [12]. Кроме того, во второй половине 2000-х гг. благодаря тематическим исследованиям TICCIH памятниками Всемирного наследия признаны новаторские инженерные сооружения: уникальный Бискайский мост-транспортер в Испании; два старинных гидротехнических сооружения канал Ридо в Канаде, а также Акведук и канал Понткисиллте в Великобритании; Ретийская горная железная дорога Альбула/Бернина в Альпах, которая к тому же является первым трансграничным индустриальным объектом, поскольку расположена на территории сразу двух стран – Италии и Швейцарии.

Итак, 2000-е гг. становятся переломными в процессе признания исторически ценных промышленных объектов и территорий памятниками Всемирного наследия ЮНЕСКО. С этого десятилетия TICCIH официально становится экспертным комитетом по индустриальному наследию, а также впервые определяется понятие «индустриальное наследие» в программном документе «Нижнетагильская хартия промышленного наследия». Следовательно, работа по выявлению и признанию промышленных памятников становится более системной.

В 2010-е гг. статус выдающегося памятника Всемирного наследия промышленной типологии получили 17 объектов. В самом начале этого десятилетия после многочисленных обсуждений на основе «Нижнетагильской хартии» создается краткий текст принципов по сохранению объектов индустриального наследия, сооружений, территорий и ландшафтов, который в ноябре 2011 г. на 17-ой Международной Ассамблее ICOMOS в Париже утверждается как совместный документ ICOMOS-TICCIH «Дублинские принципы». В частности, в нем закрепляется, что «значение и ценность индустриального наследия присущи самим сооружениям или объектам, их материальной структуре, компонентам, оборудованию и обстановке, выраженным в индустриальном ландшафте, в письменной документации, а также в нематериальных записях, содержащихся в воспоминаниях, искусстве и обычаях» [24, с. 3]. Наряду с принятием этого программного документа, в 2015 г. продлевается официальное соглашение между TICCIH и ICOMOS, вследствие чего TICCIH остается экспертным комитетом по индустриальному наследию и возобновляет тематические исследования, посвященные исторически ценным объектам и территориям таких отраслей промышленности, как текстильная, металлургическая, горнодобывающая, медеплавильная, медедобывающая, гидроэнергетика и водоснабжение. К тому же, в этом году впервые сразу восемь объектов индустриального наследия, разных по масштабу и типологии, внесены в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО [21]. В 2019 г. опубликовано тематическое исследование TICCIH «Водная промышленность как объект всемирного наследия», в котором раскрываются ценность и критерии оценки исторических гидротехнических систем [22].

В контексте дальнейшего активного распространения категории «культурный ландшафт» в области сохранения Всемирного наследия, а также закрепления понимания значимости исторически сложившихся индустриальных ландшафтов в тексте совместного документа ICOMOS-TICCIH «Дублинские принципы» представляется закономерным увеличение в 2010-х гг. количества получивших мировое признание сложных комплексных объектов индустриального наследия или промышленно ориентированных культурных ландшафтов. Причем по отношению к предыдущему десятилетию подобное увеличение произошло за счет так называемых «скрытых» культурных ландшафтов, число которых выросло в два раза и достигло шести. В свою очередь, официально в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО внесено только три индустриальных культурных ландшафта: в 2012 г. – горнодобывающий бассейн Нор Па-де-Кале как обладающий исключительной культурной, экономической и социальной ценностью не только для своего региона, но и для Франции в целом и состоящий из 109 объектов различной типологии; в 2015 г. – культурно-индустриальный ландшафт города Фрай-Бентос в Уругвае как выдающийся центр продовольственного снабжения мясной продукцией общемирового значения, включающий комплекс пастбищ, промышленные и жилые здания, социальные учреждения; в 2019 г. – горнодобывающий регион Erzgebirge/Krušnohoří как уникальный трансграничный ландшафт, расположенный в Рудных горах на территории соседних стран – Германии и Чехии и обладающий ценным историко-культурным наследием горнодобывающей промышленности.

При этом сложные комплексные объекты промышленной типологии, признанные ЮНЕСКО Всемирным наследием, но не получившие официального статуса культурного ландшафта, по сути являются культурно-ландшафтными территориальными комплексами и представляют в достаточном объеме исторически сложившуюся инфраструктуру старопромышленных районов. Подобные комплексы или промышленно ориентированные «скрытые» культурные ландшафты обладают типологическим многообразием. В частности, три объекта из шести относятся к комплексам горнодобывающей промышленности: «Наследие ртути Альмаден и Идрия» (Словения, Испания), «Крупнейшие горнодобывающие предприятия Валлонии» (Бельгия), «Угледобывающее наследие Омбилин в Савалунто» (Индонезия). И если первый индустриальный ландшафт относится к категории трансграничных серийных объектов Всемирного наследия, предприятия которого, находясь на значительном расстоянии и в разных странах, образуют единое целое и показывают технические, культурные и социальные особенности добычи ртути, то два других являются комплексами угледобывающей промышленности XIX–XX вв. (комплекс из четырех шахт вместе с сохранившейся технической и социальной инфраструктурой в Валлонском угольном бассейне Бельгии и комплекс, построенный для добычи, переработки и транспортировки высококачественного угля в труднодоступных горах Западной Суматры).

Следующие три «скрытых» индустриальных культурных ландшафта обладают каждый своей спецификой. Так, относящийся к категории «исторические пути» объект «Камино-Реаль-де-Тьерра-Адентро» в Мексике является Королевской внутренней дорогой, которая изначально создавалась для обслуживания горнодобывающей промышленности и использовалась с середины XVI по XIX в., в том числе и для перевозки серебра и ртути к побережью и в столицу. Расположенный в Норвегии на территории площадью 4 959,5 га уникальный объект «Исторический промышленный комплекс городов Рьюкан и Нутодден» создавался для производства азотных удобрений с учетом естественного рельефа местности, позволяющего вырабатывать гидроэлектроэнергию в больших объемах. Многоотраслевой серийный объект «Памятники промышленной революции эпохи Мэйдзи: заводы, верфи и угольные шахты» состоит из ключевых предприятий металлургической, судостроительной и угольной отраслей промышленности, построенных с конца XIX до начала XX в. в восьми отдельных районах преимущественно на юго-западе Японии.

Вместе с тем крупнейший подземный комплекс свинцово-серебряно-цинкового рудника в Тарновских Горах и его система управления подземными водами в Польше, признанный в 2015 г. памятником Всемирного наследия, вполне можно отнести к индустриальному ландшафту, на территории которого система подземных сооружений (шахта со штольнями, шахтные стволы, галереи и другие элементы водоотведения) непосредственно связана с объектами, находящимися на поверхности.

Совершенно новой темой, появившейся в Списке Всемирного наследия ЮНЕСКО в 2010-х гг., становится тема промышленной архитектуры ХХ в., которая нашла применение сразу в двух категориях: фабрично-заводские комплексы и индустриальные поселения. Так, в первой половине 2010-х гг. два комплекса – фабрика Fagus в Альфельде в Германии и завод Неллефабрик в Нидерландах – признаны памятниками Всемирного наследия как выдающиеся промышленные предприятия нового типа, которые создавались согласно фундаментальным (планировочным, конструктивным, композиционным) принципам модернизма и функционализма в архитектуре первой трети XX в. В 2018 г. такой же статус получил и объект «Ивреа, промышленный город XX века» в Италии как «идеальный индустриальный город», сыгравший важную роль в формировании градостроительной теории ХХ в., поскольку воплотил идею выдающихся архитекторов Италии о гармоничном соседстве производственных и селитебных территорий.

Наряду с фабрично-заводскими комплексами ХХ в. в 2014 г. в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО включен основанный в конце XIX в. комплексный объект «Шелковая фабрика в городе Томиока и связанные с ней объекты» в Японии, благодаря уникальным предприятиям которого произошло возрождение шелководства и восстановление шелковой промышленности страны в последней четверти XIX в. [12]. Кроме того, в 2015 г. впервые памятником Всемирного наследия признан комплексный офисно-складской промышленный объект «Шпайхерштадт и район Конторхаус с Чилихаусом» в портовом городе Гамбурге в Германии как выдающийся ансамбль, в котором один из крупнейших комплексов портовых складов гармонично сочетается с комплексами офисных зданий, выполненных в стилистике модернизма.

При этом во второй половине 2010-х гг. памятниками Всемирного наследия признаны новаторские для своего времени инженерные сооружения и комплексы: мост Форт-Бридж в Великобритании, который «представляет важный этап в проектировании и строительстве мостов в эпоху, когда железные дороги стали доминировать в наземных перевозках» [12]; система управления водными ресурсами Аугсбурга в Германии, в структуру которой включены каналы, водонапорные башни, фонтаны и гидроэлектростанции.

Итак, в 2010-е гг. больше половины объектов, внесенных в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО, являются культурно-ландшафтными территориальными комплексами различных отраслей промышленности. Причем некоторые из них дополнительно относятся еще и к категориям трансграничных и/или серийных (кластерных) объектов. К тому же в это десятилетие наиболее отчетливо проявляется тенденция к расширению границ и изменению названий уже признанных памятников Всемирного наследия, например, королевские соляные копи в Величке и Бохне (2013) и шахтерский город Рёрус и его окрестности (2010).

В 2020-е гг. статус выдающегося памятника Всемирного наследия промышленной типологии получили 5 объектов. Поскольку десятилетие еще не завершилось, то можно предположить, что количество объектов будет увеличиваться, в том числе благодаря и новым тематическим исследованиям TICCIH «Наследие нефтяной промышленности» (2020), «Ландшафты, созданные в результате добычи камня, как объекты всемирного наследия» (2021) и «Наследие текстильной промышленности» (2022).

Все объекты промышленной типологии, признанные памятниками Всемирного наследия в первой половине 2020-х гг., относятся к культурно-ландшафтным территориальным комплексам или индустриальным культурным ландшафтам. Однако пока только два из них в 2021 г. официально внесены в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО как культурные ландшафты – это горнопромышленный ландшафт Рошия-Монтанэ в Румынии как наиболее значимый и технически разнообразный подземный золотодобывающий комплекс со времен Римской империи, на котором добыча полезных ископаемых продолжалась и в период между Средневековьем и современной эпохой [12]; сланцевый ландшафт северо-западного Уэльса в Великобритании как индустриальный ландшафт, состоящий из шести разнесенных в пространстве районов и сформированный благодаря добыче, разработке и транспортировке сланца.

Оставшиеся три сложных комплексных объекта промышленной типологии следует отнести к «скрытым» индустриальным культурным ландшафтам, которые обладают каждый своей спецификой: Трансиранская железная дорога в Иране (Исламской республике) – это своего рода транспортный коридор, созданный в горном ландшафте, благодаря строительству самой дороги и инженерных сооружений (мостов и туннелей), а также станций и вокзалов; «Жатец и ландшафт жатецкого хмеля» в Чехии – исторически сложившийся агропромышленный комплекс, в котором гармонично соседствуют традиционный сельскохозяйственный ландшафт и необходимые для производства хмеля промышленные объекты, жилые здания, образовательные и религиозные учреждения; золотые прииски на острове Садо в Японии – сетевой объект наследия, состоящий из трех частей, является одновременно горнодобывающим комплексом и ландшафтом, в котором отражено совершенствование немеханизированных технологий добычи золота и серебра.

Итак, в первой половине 2020-х гг. включенные в Список ЮНЕСКО объекты индустриального наследия являются либо сложными или серийными культурно-ландшафтными территориальными комплексами, связанными с развитием различных отраслей промышленности, либо официально признанными культурными ландшафтами. Подобная ситуация объясняется тем, что к этому времени произошел своеобразный теоретико-методологический переход в области сохранения Всемирного наследия, когда основным объектом охраны становится территория как сложно организованное целостное образование.

Рассмотрение последовательности включения памятников промышленного прошлого в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО с момента его появления в 1978 г. до настоящего времени по десятилетиям позволило выделить два основных этапа процесса мирового признания объектов индустриального наследия. Ключевым событием, определившим хронологические границы этапов, стало принятие в июле 2003 г. «Нижнетагильской хартии», в которой благодаря сформированному содержанию понятия «индустриальное наследие» впервые было показано типологическое многообразие памятников промышленного прошлого.

Первый этап – с 1978 по 2003 г. – отражает становление индустриальной темы в области сохранения Всемирного наследия, а также стремление раскрыть ценность и показать типологическое многообразие исторических промышленных объектов и территорий. Всего в это время мировое признание получили 27 объектов.

Научно-исследовательская и практическая деятельность различных специалистов в это время нацелена на признание памятников промышленного прошлого неотъемлемой и значимой частью мирового наследия. Первоначально в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО включались наиболее известные и важные для своих стран объекты, но в 1990-е – начале 2000-х гг. благодаря проводимым тематическим сравнительным исследованиям TICCIH в Списке появились новые категории памятников, а уже признанные категории дополнились новыми типами. Если в 1980-е гг. в Списке Всемирного наследия ЮНЕСКО имелись только две категории памятников промышленного прошлого (горнодобывающие исторические города и производственные комплексы), то с 1990-х гг. последовательно стали признаваться: новые типы фабричных поселений и заводов, инженерные сооружения (мосты, каналы), объекты железнодорожного транспорта, комплекс угольной шахты, индустриальные культурные ландшафты. К 2003 г. наиболее многочисленной стала категория промышленных городов и поселений – это 10 объектов. Причем исторические горнодобывающие города по количеству доминируют – их семь, а новый тип рабочего поселения – «город компании» – представлен только тремя объектами наследия. В свою очередь, категория производственных комплексов первоначально включала три предприятия XVII–XVIII вв., два из которых связаны с добычей/производством соли и одно с металлургией. Однако в 1990-е гг. за счет признания памятниками Всемирного наследия двух металлургических заводов, активно функционировавших на рубеже XIX–ХX вв., и одной деревообрабатывающей фабрики, открытой вначале XX вв., хронологические и отраслевые рамки этой категории расширились. Всего в конце первого этапа в Списке ЮНЕСКО было шесть производственных комплексов, созданных с XVII в. до начала XХ в.

Кроме развития уже признанных категорий объектов индустриального наследия особенно важным для первого этапа является внесение в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО совсем новых категорий памятников промышленного прошлого, непосредственно связанное с результатами тематических исследований TICCIH по каналам, мостам, железным дорогам и шахтам. В итоге в 2003 г. насчитывалось семь подобных объектов наследия: два памятника инженерного искусства связаны с каналами; два объекта входят в гидротехнические системы по управлению водными ресурсами; два памятника транспортной инженерии – это железные дороги; один комплекс угольной шахты. К тому же особого внимания заслуживает впервые появившаяся на этом этапе категория культурных ландшафтов, поскольку она определила новый подход к сохранению Всемирного наследия. Причем официальное признание в это время получили только два индустриальных культурных ландшафта, но еще два культурно-ландшафтных территориальных комплекса промышленной типологии, включенных в Список ЮНЕСКО, следует отнести к «скрытым» культурным ландшафтам.

Таким образом, основным результатом первого этапа процесса мирового признания объектов индустриального наследия стало выявление посредством научных исследований значимости и типологического многообразия памятников промышленного прошлого, а сформированное в Нижнетагильской хартии содержание понятия «индустриальное наследие» определило новые направления будущих изысканий.

Второй этап – с 2004 г. по настоящее время – отражает постепенное развитие комплексного или культурно-ландшафтного подхода к изучению и сохранению объектов индустриального наследия, благодаря которому выявление типологического многообразия памятников промышленного прошлого выходит на уровень исторической производственной территории, а иногда и целого региона. Всего в это время мировое признание получили 32 объекта.

Научно-исследовательская и практическая деятельность различных специалистов в это время главным образом ориентирована на раскрытие типологического многообразия памятников индустриального прошлого в контексте исторических производственных территорий или целых старопромышленных районов. Тематические сравнительные исследования, проведенные TICCIH в сотрудничестве с ICOMOC в конце 1990-х – начале 2000-х гг., в значительной степени способствовали формированию позитивного восприятия объектов индустриального наследия, а также созданию определенной основы для дальнейшей научной деятельности в области изучения и сохранения памятников промышленного прошлого. В частности, в 2010-х гг. специалистами TICCIH продолжены подобные исследования, посвященные ценным объектам и территориям таких отраслей промышленности, как текстильная, металлургическая, горнодобывающая, медеплавильная, медедобывающая, гидроэнергетика и водоснабжение.

Включение в Список ЮНЕСКО памятников индустриального наследия после 2004 г. происходило с использованием более ранних тематических сравнительных исследований TICCIH по промышленным поселениям, каналам, мостам, железным дорогам и шахтам. Благодаря им с 2006 по 2019 г. памятниками Всемирного наследия промышленной типологии признаются семь объектов: новаторские для своего времени инженерные сооружения, так называемые «шедевры инженерной мысли» (один канал, два моста, комплекс канала и акведука, система управления водными ресурсами); комплекс Ретийской железной дороги в структуре ландшафта; подземная шахта с системой водопользования.

При этом две категории «промышленные города и поселения» и «производственные комплексы» снова получают развитие за счет добавления новых типов. В частности, категория «промышленные города и поселения» в это время увеличилась на три объекта, поскольку привычные типы («город компании» и «моноиндустриальное поселение») дополнились новым типом – это «идеальный индустриальный город ХХ в.», который сыграл важную роль в формировании градостроительной теории. В свою очередь, категория «производственные комплексы» получила хронологическое расширение за счет включения в Список ЮНЕСКО вместе с фабрикой конца XIX в. сразу двух предприятий, построенных в начале ХХ в. по новым принципам функционализма. К тому же эти три завода относятся к новым для списка отраслям промышленности (шелковой, обувной, пищевой), что также показывает увеличение количества типов в данной категории.

В это время в Списке Всемирного наследия ЮНЕСКО появилось еще две новые категории – это памятник науки и техники (радиостанция Гриметон на юге Швеции) и офисно-складской промышленный комплекс в Гамбурге (Германия). В 2010-х гг. впервые заявлена совершенно иная тема «промышленная архитектура ХХ в.», благодаря включению в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО двух фабрично-заводских комплексов и одного индустриального города.

Однако при всем описанном типологическом многообразии объектов индустриального наследия именно категория культурных ландшафтов постепенно заняла к концу второго этапа доминирующие позиции. В частности, в 2004–2024 гг. официально признано семь индустриальных культурных ландшафтов и десять культурно-ландшафтных территориальных комплексов промышленной типологии или «скрытых» культурных ландшафтов – это 53%, или больше половины от общего количества промышленных памятников. Для сравнения можно отметить, что до 2003 г. подобные объекты составляли 15% от общего списка. Возросшая популярность темы культурного ландшафта вполне объясняется тем, что с начала 1990-х гг. начинают меняться теоретико-методологические основы изучения и сохранения объектов Всемирного наследия – происходит своеобразное переключение внимание ученых и практиков с решения вопросов охраны отдельных памятников всемирного наследия на выявление и защиту исторически ценных территориальных комплексов или сложившихся производственных территорий разного масштаба.

Таким образом, основным результатом второго этапа процесса мирового признания объектов индустриального наследия стало закрепление значимости культурно-ландшафтных территориальных комплексов при дальнейшем выявлении типологического многообразия памятников промышленного прошлого в контексте исторических производственных районов.

В целом формирование процесса признания исторических промышленных объектов и территорий памятниками Всемирного наследия ЮНЕСКО проходило под влиянием принятых в области изучения и сохранения мирового наследия различных программных документов (сводов справочных материалов, руководящих принципов, рекомендаций), а также научно-исследовательской деятельности TICCIH в сотрудничестве с ICOMOC. Этот процесс имеет внутреннюю логику, которая выявлена в ходе проведенного исследования и проявляется наличием двух тенденций.

Первая – это тенденция к максимальному раскрытию типологического многообразия памятников промышленного прошлого благодаря проведению научных исследований. В подтверждение этой тенденции следует привести количественные данные, полученные при классификации 59 памятников промышленного прошлого по укрупненным группам с определением в них числа объектов: 1) индустриальные культурные ландшафты – 21, из них: официальных – 9, «скрытых» – 12; 2) промышленные поселения разных типов – 13; 3) производственные комплексы (заводы, фабрики, шахты, складские комплексы) – 12; 4) инженерные сооружения (каналы, мосты, гидротехнические системы) – 9; 5) железные дороги – 3; 6) памятники науки и техники – 1. Отдельно следует отметить тему «промышленная архитектура ХХ в.», поскольку она представлена в списке ЮНЕСКО уже учтенными двумя фабрично-заводскими комплексами и одним городом. Данная тенденция прослеживается в течение всего процесса мирового признания памятников промышленного прошлого, но в большей степени проявляется на первом этапе, так как именно в это время в Список ЮНОСКО включается много новых категорий и типов памятников индустриального наследия.

Вторая – это тенденция к демонстрации типологического многообразия памятников промышленного прошлого посредством крупномасштабных исторических производственных территорий/районов или культурных ландшафтов. Наглядно действие тенденции можно показать на примере нескольких памятников промышленного прошлого, выстроив их в следующем порядке: производственный комплекс (объект «Железоделательный завод Энгельсберг», 1993) – система производственных комплексов одного типа в структуре индустриального ландшафта (объект «Фабрики в долине реки Дервент», 2001) – система производственных комплексов разных типов на территории одной страны (сетевой объект «Памятники промышленной революции эпохи Мэйдзи: заводы, верфи и угольные шахты», 2015) – культурный ландшафт старопромышленного региона двух соседних стран (трансграничный объект «Горнодобывающий регион Erzgebirge/Krušnohoří»,2019). Эта тенденция, возникнув еще в конце первого этапа процесса мирового признания памятников промышленного прошлого, в полной мере проявилась на втором этапе, когда категория индустриальных культурных ландшафтов стала доминировать над другими типами объектов.

В итоге, взаимодействуя между собой, обе тенденции отражают общую направленность процесса признания исторических промышленных объектов и территорий памятниками Всемирного наследия ЮНЕСКО: от раскрытия значимости единичного объекта или комплекса к выявлению ценности исторической производственной территории с расположенными на ней объектами и комплексами, которые только вместе способны показать все типологическое многообразие индустриального наследия.

Итак, подробно описанный процесс признания исторических промышленных объектов и территорий памятниками Всемирного наследия ЮНЕСКО с определением его основных этапов и соответствующих им тенденций позволил под несколько другим углом взглянуть на отечественный опыт изучения и сохранения объектов индустриального наследия. Поэтому основные выводы исследования намеренно выведены в плоскость определения направлений сохранения памятников промышленного прошлого, в частности Уральского региона, в контексте выявленных общемировых тенденций.

В настоящее время тема индустриального наследия представлена в перечнях объектов культурного наследия российских регионов, например, в Свердловской области объектами культурного наследия промышленной типологии признано около 270 памятников, ансамблей и достопримечательных мест. Они отражают типологическое многообразие индустриального наследия, зафиксированное в программных документах TICCIH – это производственные здания и комплексы, инженерные сооружения, заводские конторы, объекты транспорта и социальной инфраструктуры предприятий. Следовательно, текущая ситуация в сфере сохранения индустриального наследия Свердловской области такова, что признается ценность только единичных объектов или комплексов, а подлежащие охране культурно-ландшафтные территориальные комплексы или индустриальные культурные ландшафты отсутствуют. При этом крупномасштабное промышленное освоение Урала XVIII–XIX вв. уже заложило определенную программу комплексного использования территории, которая впоследствии нашла выражение в системе регионального расселения и окружном принципе организации производства. Поэтому в ближайшее время требуется направить усилия на выявление и последующее сохранение сложных комплексных объектов или культурных ландшафтов.

Возникает вопрос, а на какие общемировые тенденции к комплексному сохранению индустриального наследия следует обратить внимание? Подобных тенденций несколько – это расширение типологического многообразия и выявление новых категорий объектов наследия; изменение границ уже существующих памятников, позволяющее выйти на уровень сложного комплексного объекта; формирование серийных (кластерных) объектов наследия по одной или нескольким отраслям промышленности; выявление и сохранение культурных ландшафтов [11]. Реализация этих тенденций на Урале вполне реальна. В ближайшей перспективе, чтобы заложить направление на комплексное сохранение объектов индустриального наследия, имеет смысл обратиться к категории серийных (кластерных) объектов. Это могут быть любые объекты, которые по типологическому принципу объединяются в одну систему, например гидротехнические сооружения/плотины. Сейчас на территории Свердловской области объектами культурного наследия признаны восемь плотин и две находятся в статусе выявленных, объединение их в единый кластер позволит повысить к ним общественный интерес. В долгосрочной перспективе следует обратить внимание на довольно крупные исторические производственные территории или индустриальные культурные ландшафты. Например, по всем параметрам к подобным объектам относится территория бывшего Гороблагодатского казенного горнозаводского округа, которая и сейчас воспринимается как единая крупномасштабная пространственная структура. Данный культурно-ландшафтный территориальный комплекс в будущем может быть определен как горнозаводской культурный ландшафт Гороблагодатского округа. Кроме государственных, в структуре Уральского региона были еще и частновладельческие округа и в этом случае можно объединять сохраняемые отдельно старые металлургические заводы в кластеры или культурные ландшафты по имени их владельцев, например Демидовские заводы или предприятия Строгоновых. Причем эти серийные комплексные объекты могут располагаться на разнесенных в пространстве площадках и даже в разных регионах, например, одновременно в Пермской и Свердловской областях или на Алтае и в Свердловской области, в зависимости от того, где располагаются объекты серии. На самом деле, количество современных форм и категорий сохранения индустриального наследия велико, главное начать работать в направлении комплексной охраны памятников промышленного прошлого.

Таким образом, опираясь на уникальный международный опыт изучения и сохранения индустриального наследия и с учетом специфики освоения Уральского региона необходимо уже сейчас разрабатывать стратегию выявления и актуализации культурно-ландшафтных территориальных индустриальных комплексов. Именно подобные сложные комплексные исторически ценные промышленные объекты или индустриальные культурные ландшафты в состоянии не только репрезентативно представить соответствующий старопромышленный регион, но и наглядно показать особенности его освоения и последующего развития.

¹Визуальная информация не приведена в статье по причине большого объема фотографий, размещенных на официальном сайте ЮНЕСКО. Ознакомиться с фотографиями можно по ссылке: https://whc.unesco.org/en/list/ 

Шипицына О.А. Признание исторических промышленных объектов и территорий памятниками Всемирного наследия ЮНЕСКО: основные этапы процесса / О.А. Шипицына //Архитектон: известия вузов. — 2026. — №3(95). — URL: ссылка — DOI: ссылка