До недавнего времени городская вилла как тип жилого дома практически не была представлена в отечественной архитектурной практике. Черты ее стали появляться лишь с утверждением в области проектирования жилища индивидуализации и более зрелых представлений о комфорте. Вместе с тем, тип городской виллы, проявляющийся (хоть пока и фрагментарно) в постройках последних лет, остается не исследованным. Ему не уделено места в истории архитектуры, обходится вниманием он и в исследованиях современности (немногочисленные упоминания о городской вилле в отечественной прессе показывают либо отсутствие однозначного представления о том, что это такое, либо же даётся ошибочное представление). В связи со сказанным видится важным исследовать этот тип виллы для создания возможно более ясного представления о нем.

Рис.1. Городские виллы. Рисунок студии Axon (Нидерланды)

Когда речь заходит о городской вилле, то ее описывают как компактный трех-шести-этажный дом со своим участком земли; добавляют также, что в доме небольшое число комфортабельных квартир, а расположен он в привилегированном районе города, среди красивого ландшафта (рис. 1 иллюстрирует описанные свойства). Однако анализ конкретных воплощений городской виллы дает более многоцветную и в чем-то противоречивую картину. Нижеследующие примеры представляют городскую виллу в виде жилых домов разных размеров и типов объемно-пространственной композиции. И если дома в городах Вельсен (рис. 2) и Зоетермеер (рис. 3) являют собой уже узнаваемый образ, то явно не укладываются в него небольшая вилла близ озера Тегель в Берлине (рис. 4) и жилой комплекс для района де Колк в Дельфте (рис. 5), демонстрирующий принадлежность к рассматриваемому типу не только отдельно стоящих, но и сблокированных домов.

Рис.2. Velserbroek, Velsen (Нидерланды) Городская вилла.Рисунки студии Axon

Такое морфологическое многообразие исследуемого типа, думается, лучше всего описать, представив его в виде непрерывной шкалы, одну границу которой обозначит морфотип, связанный с односемейным домом, другую – типы, связанные с «точечным домом», «дом-башня» или подобное центростремительное образование (виллы на рис. 4 и 5 приближаются к первой границе, на рис. 1, 2 и 3 – ко второй). Представленные же примеры можно рассматривать как срезы на этой шкале. А для большей ясности можно проиллюстрировать эту воображаемую шкалу морфотипов примером жилого комплекса Biesterbrug (рис. 6). Комплекс включает односемейный коттедж («landhuis», рис. 6.4), три городских виллы (« urban villa», рис. 6.2) и одну башню («urban tower», рис. 6.3). Положение конкретной городской виллы на шкале относительно того или другого пограничного типа определяется ее внутренним содержанием, характером связи интерьера здания и интерьера улицы и выбранным архитектурным языком.

Рис. 3. Florapark, Zoetermeer (Нидерланды) Городская вилла. Авторский коллектив: архитектурная группа Cie.

Рис. 4. Берлин (Германия) Жилой комплекс "Бухта Тегель". Городская вилла. Архитектор Джон Хейдак

Рис. 5. de Kolk, Delft (Нидерланды). Жилой комплекс, состоящий из двухквартирных сблокированных городских вилл. 2001. Архитектор Оливер Венхауз.

Считается, что в городской вилле могут быть от 3 до 12 квартир. Наличие небольшого числа квартир, их компоновка и наполнение, способ их связи с землей, а также наличие внеквартирных помещений и их характер как раз и формируют тип объемной композиции (так называемый «устойчивый», «центростремительный»), которому обязан своим появлением узнаваемый образ городской виллы, подтверждаемый некоторыми из примеров. Что касается способа связи апартаментов с землей, как формообразующей причины, то он осуществляется, как правило, через общие для всех квартир коммуникации (лестницу, лифт), поэтажные холлы и вестибюль, некоторые квартиры имеют автономный вход; в виду небольшого числа квартир на этажах нет коридоров и галерей.

Важная морфологическая особенность, отмеченная также в примерах – это наличие множества летних помещений. Эти помещения могут быть решены в виде глубоких лоджий и обширных террас на фасаде или на плоской крыше (рис. 2, 3) (что вероятно целесообразно в теплом климате) либо в виде небольших балконов (рис. 1, 7) (что наряду со скатными крышами характерно для более суровых климатических условий). Возвращаясь к примеру с комплексом Biesterbrug, нужно отметить, что именно обширные летние помещения отличают планировочную структуру виллы (рис. 6.2) от аналогичной ей структуры дома- башни (рис. 6.3). Рассуждая на уровне теории, можно сказать, что тип башни в данном случае получен из типа городской виллы простым добавлением этажей.

Помимо включенных в программу проживания элементов живой природы (в виде зелени на террасах или в зимнем саду, в виде пейзажей, открывающихся из окон, а также зеленых насаждений и (или) водоемов близ дома), городская вилла в идеале – это еще и высокий уровень комфорта жизни, здесь сказывается преемственность с виллой в традиционном понимании. И кроме уже отмеченных существенных свойств – малоквартирности и хорошего месторасположения – понятие комфортабельности дополняется и еще одним свойством – приватностью. Приватность – это собственный вход в квартиру, который может быть устроен с земли в первый и даже второй этажи, и визуально изолированный приквартирный участок для апартаментов первого этажа (квартиры в Biesterbrug снабжены такими участками, см. рис. 6.4), а также общий для жильцов дома, или группы домов, изолированный двор. Обладая перечисленными качествами, городская вилла вполне может приблизиться по качеству жизни к частному особняку. (А также приблизиться и морфологически: ведь трехэтажный дом без общеквартирных коммуникаций и однообразных поэтажных членений, утопающий в зелени, может внешне напоминать традиционную виллу). Вид комплекса среди существующей застройки

Перспективный вид и план дома "urban villa"

Перспективный вид и план дома "urban tower" Рис.6. Weert (Нидерланды). Жилой комплекс Beisterburg. Авторский коллектив: Planoform Zuid b.v.

Наряду с этим, среди встреченных реализаций городской виллы, на наш взгляд, нет полного воплощения перечисленных принципов комфортабельного жилища. Но существуют и примеры, где в силу специфики социальной направленности эти принципы специально редуцируются. В этом случае городская вилла по внутреннему содержанию значительно отходит от своего прототипа – традиционной виллы – и преемственность во многом становится чисто внешней. Таков квартал в Мюнхен – Нимфенбурге, построенный в рамках программы «Интегрированное жилье» для наименее социально защищенных слоев населения (рис. 7). Здесь в среднем приходится по двенадцать квартир на трехэтажный дом (о малоквартирности говорить не приходится) без лифта, от которого пришлось отказаться в целях экономии (ср. с трехэтажными виллами в Biesterbrug, каждая из которых оборудована лифтом, включает шесть квартир и построена для продажи состоятельным людям). Вместе с тем, нимфенбургский комплекс имеет прекрасный внутренний парк, у каждого дома есть дворик, а квартиры первых этажей наделены собственными патио – такими средствами здесь реализуется идея приватности.

В связи с рассматриваемым социально-экономическим аспектом следует отметить, что в России социальный адрес исследуемого типа жилища – это высокообеспеченные социальные группы. А поскольку эти группы не многочисленны, то и описанное в странах Европы многообразие в типологии жилища в целом и в воплощениях городской виллы, в частности, для России остается недостижимым. Ведь в силу социально-экономических условий в России специфика жилищной политики такова, что приватность жилищ, их связь с природным окружением в условиях города, малоквартирность самого дома – являются свойствами, которыми даже в первом приближении обделена продолжающая повсеместно существовать (ввиду своей доступности для большинства населения) модель массового жилища. Сегодня эти свойства упаковываются в дорогую оболочку (материалы, инженерные системы, выгодное местоположение) и описываются чаще всего не архитектурными, но экономическими категориями («класс а», «люкс» и т. д.) и предназначены для упомянутых немногочисленных категорий граждан. Сказанное указывает на невозможность реализации в современной России объекта, подобного комплексу в Мюнхен – Нимфенбурге.

Рис. 7. Нимфенбург (Германия) Жилой комплекс.1985-1991. Авторский коллектив: архитектурная группа Штайдле. Генплан, аксонометрия с разрезом.

Следующий аспект – типологический. Собственно термин «городская вилла» проявился в так называемой «городской» типологии домов [1, с. 1]. Ее возникновение восходит к принципу проектирования «снаружи внутрь», порожденному понятием «место», имеющему большое значение при создании жилища в современных европейских городах. Интеграция нового жилого образования в конкретное «место» и «местность» со всей совокупностью самобытных черт дает бесконечное разнообразие морфотипов застройки и определяет своеобразие архитектуры зданий. К примеру, немецкие исследователи выделяют несколько следующих архетипов, которые и составляют «городскую» типологию: «жилая башня» и «угловой дом», «дом-стена» и «дом с воротами», «дом с брандмауэром» и «дом-квартал», «односемейный дом» и «городская вилла» [3], [1, с. 1]. Городская вилла занимает особое положение в типологическом ряду домов. В самом названии (вилла) потенциально заложены свойства (высокий уровень комфорта проживания, индивидуальность, приватность жилища и его связь с природной средой), которые нельзя полностью обойти при реализации этого типа в натуре (нередко, впрочем, они воплощаются лишь символически), в то время как другие типы жилых домов в этом смысле нейтральны.

Рис. 8.  Берлин (Германия). Жилой комплекс "Бухта Тегель". Городская вилла. Авторский коллектив: Мур, Рабл, Юделл. Общий вид, планы этажей

С точки зрения функции, городская вилла, как и другие типы городского жилища, отражает многообразные проявления «городского образа жизни» и не имеет a priori заданного функционального наполнения. Интересно отметить, что некоторые исследователи вообще не ставят городскую виллу в один рад с другими типами жилища [4]. Относя ее к «эксклюзивным коммерческим постройкам», исследователи предполагают, в зависимости от условий, размещение в доме обычных квартир и (или) номеров гостиничного типа, а также небольших офисов, семейного ресторана (например, в берлинском жилом комплексе «Бухта Тегель», городская вилла, помимо квартир, включает поликлинику (см. рис. 8) [2, с. 76]). Постройка также может включать объекты внутренней инфраструктуры (оздоровительный комплекс, прачечная, подземный гараж и др.).

Подводя итоги, следует отметить, что исследование, рассматривая городскую виллу в разных ее проявлениях, попутно выявило и ее несформированность, на что указывает широкий спектр прочтений этого рода построек (а что собой представит отечественная интерпретация городской виллы, пока неясно ввиду ее немногочисленных разработок). О несформированности исследуемого типа жилища говорят и не реализованные качества потенциально существующие в понятии вилла, которые, будучи воплощенными полностью, как думается, могут породить чрезвычайно отличные от рассмотренных здесь объектов явления. Нельзя не вспомнить, что выше упоминалось о неких устоявшихся чертах типа, в связи с этим скажем, что речь идет скорее о стереотипе в трактовке городской виллы, стереотипе в реализации ее потенциальных свойств, нежели о зрелом типе жилища, где содержание соответствовало бы названию.  

Березин Д.В. «ГОРОДСКАЯ ВИЛЛА» В НАШИ ДНИ [Электронный ресурс] /Д.В. Березин //Архитектон: известия вузов. — 2005. — №4(12). — URL: ссылка