Минареты возводились во всех странах ислама и часто становились символами городов. В Средней Азии таким символом Бухары стал минарет Калян 1127 г. постройки (или большой бухарский минарет)¹. Спустя семь десятилетий, в 35 км севернее города был построен минарет в Вабкенте (1198/99 или 1196/97 гг.), который считается подражанием своему предшественнику по архитектуре и декору². Их относят к традиционным раннеисламским минаретам с венчаниями в виде кругового балкона для провозглашения азана. Однако лишь в Бухаре и Вабкенте сохранились венчания в виде фонаря-ротонды со сталактитовыми карнизами. Сталактиты содержат немногочисленные и плохо сохранившиеся следы узорных вставок в технике резного стука, которые до сих пор не были отдельно исследованы³.

Обширная литература, посвященная памятникам, исследует, главным образом, вопросы истории строительства, архитектуры, кирпичного декора на стволах минаретов [1, p. 124; 2, c. 14–16; 3, p. 199; 4, p. 46–54; 5, p. 259; 6, p. 228–230; 7, plate 27; 8; 9, c. 65–67; 10, c. 232–250; 11, c. 21–22; 12, c. 14; 13, c. 83–91; 14, c. 36–38; 15, c. 20; 16, c. 23; 17, c. 6; 18, c. 134–142; 19, c. 155]. Сведения о стуке в этих публикациях крайне скудны и малочисленны⁴, а вопрос о существовании традиции подобного декорирования сталактитовых карнизов и вовсе отдельно не исследовался.

Таким образом, эта публикация является специальным искусствоведческим исследованием стукового орнамента карнизов минаретов, без которой историю изучения архитектурного декора этих памятников нельзя считать до конца полной. Ее цели: 1) описать растительные мотивы в технике резного стука, 2) привести аналогии из круга памятников, 3) ответить на вопрос о том, какие место орнамент минаретов занимает в этому кругу, 4) проследить традицию украшения сталактитового пояса минаретов в Средней Азии домонгольской поры⁵.

Определены наиболее сохранившиеся архитектурные памятники стран ислама IX–XII вв. на территории современных Туркменистана, Кыргызстана, Таджикистана, Узбекистана, Ирана, Ирака, Афганистана, Азербайджана. Наиболее репрезентативные орнаменты (18) собраны и классифицированы в итоговых таблицах (табл. 1, 2, 3) по хронологии и региону. Проведен их стилистический анализ. Материалы сопоставлены, сверены с историческими сведениями и с исследованиями других однотипных памятников. Данные методы позволяют наиболее полно охватить и оценить полученные данные.

В этом разделе речь пойдет о традиционной орнаментации сталактитовых карнизов венчаний минаретов.

Несмотря на то, что минареты, датированные IX–X столетиями, в Средней Азии не сохранились, можно предполагать, что их канонический облик⁶ утверждался в то время и далее оставался стабильным, т. е. к XI в. фонарь и, что особенно важно, декор его карниза получили завершенный вид⁷ . Венчание в Бухаре и Вабкенте уже представляет собой традиционную для Средней Азии массивную ротонду⁸ с круговой аркадой и плоским перекрытием. Вынос (33 см) ротонды минаретов поддерживается поясом сталактитов (в Бухаре в три яруса, в Вабкенте⁹ – в два) они оформляют переход от узкого ствола к широкому венчанию.

Скульптурные сталактиты изготовлены из терракоты и образуют единую структуру. Сохранилось по два вида мотивов в технике резного стука, широко распространенных во множестве памятников Средней Азии периода раннего ислама (табл. 1, 2, 3). В Бухаре: растительный побег с разделанными листьями в арочке и вписанный в треугольник простейший трилистник с развитыми симметричными полуакантами по сторонам (рис. 1, а). В Вабкенте: вписанный в прямоугольник лиственный побег и мотив многоярусного растительного побега в арочке (рис. 1, б). Ротонды также имеют сталактитовые венчания: трехъярусный (в Бухаре) и двухъярусный (в Вабкенте) карнизы без узорного заполнения¹⁰.

Рис. 1. Фонари минаретов XII в. и схема орнаментального заполнения их сталактитовых карнизов: а) в Бухаре, реставрация 1923 г.; б) в Вабкенте 1198/99 г. Фото Е.Г. Некрасовой, 2016. Рисунок Г.И. Загировой

Все сказанное важно для понимания того, что эти минареты имели развитые орнаментальные мотивы в технике резного стука¹¹. Очевидно, у них был общий прототип, не раз повторенный во множестве памятников. Если мотивы применены здесь в канонически утвержденной форме фонаря, то могли быть предшественники с аналогичным декором¹².

Это гипотеза заставляет обратиться к более ранним среднеазиатским минаретам.

Известно, что упомянутая башня-минарет Рабат-и Малик имела ныне утраченные «сталактиты простейшей формы в виде выступов, покрытым резным ганчем» (стуком) [цит. по: 19, с. 155]. Однако к началу работы советских археологов над этим памятником карниз с его возможным орнаментальным заполнением уже был частично разрушен [20, рис. 53]¹³. Остальные среднеазиатские минареты, близкие к бухарскому и вабкентскому по строению и/или декору, утратили первоначальные венчания, следовательно, не могут быть привлечены для анализа¹⁴.

Это затруднение требует привлечь аналоги из сопредельных стран (Ирана и Афганистана). Однако и там большинство минаретов либо утратили свои первоначальные венчания с декором (если он был), либо были существенно перестроены¹⁵. Более того, в Иране XI–XII вв. аналогичные фонари-ротонды с украшенными карнизами встречаются редко и являются, скорее, исключениями из общего правила, поэтому на вопрос о существовании традиции такого украшения ответить не могут¹⁶.

Такой подробный обзор имеет важное значение, поскольку дает два счастливых исключения. Первое исключение относится к Азербайджану: в минарете Сынык-кала (или мечеть Мухаммеда)¹⁷ сталактитовый карниз под открытым балконом из тесаного камня имеет орнаментальное заполнение в виде простейшей пальметты. Второй случай относится к Ирану: короткий цилиндрический ствол Пятничной мечети Наина (англ. Masjid-i Jami'-i Na'in)¹⁸ украшен стуковым карнизом. Последний не имеет сталактитов, однако орнаментальные мотивы представляют собой ленту трилистников, аналогичных бахарскому минарету.

Все сказанное позволяет сформулировать предварительные результаты исследования.

1. В Бухаре и Вабкенте мы застаем уже зрелую традицию орнаментального заполнения сталактитов. Для сравнения – орнаменты в Сынык-кала, созданные на столетие раньше, проще и грубее в своем исполнении (тому способствовала и техника тесаного камня). В это же время в Средней Азии создается сталактитовый карниз башни-минарета Рабат-и Малик.

2. Не исключено, что минареты Бухары, Вабкента, Рабат-и Малик – скорее исключения, и сталактиты принято было оставлять гладко оштукатуренными. К этому времени стук зарекомендовал себя как неустойчивый к атмосферным явлениям материал. Поэтому редко и в ограниченных количествах использовался в декоре экстерьера с X по XII в. ¹⁹  А с развитием облицовок из жженого кирпича практически полностью вытесняется из украшения фасадов.

Важно исходить из того, что геометрические формы сталактитов диктуют ограниченный набор мотивов, которые повторяются в круге памятников, что облегчает поиск аналогов и предшественников.

Мотив многоярусного растительного побега, вписанного в арку

В Вабкенте этот мотив скорее напоминает трехчастное Древо жизни, хорошо известное по доисламскому искусству Ирана (рис. 1, б). В сасанидской традиции Древо жизни – композитное растение, лиственный побег, которое состоит из пальметты, аканта, лотоса [18, fig. 907]. Со временем эти элементы получают самостоятельное развитие и могут замещать собою идею Древо жизни [18, p. 2694]. Так, в Бухаре Древо жизни выступает в виде пальметты с разделанными листьями (рис. 1, а).

Нижние парные листья узора сильно раздвоены, закручиваются в сердцевидные формы. Эта развитая форма сасанидских парных крыльев, известных по стуку Ктесифона. А верхние парные листья, опускающиеся под собственной тяжестью вниз – это широко распространенные в сасанидском Иране раздвоенные листья аканта [18, fig. 902 (g,m)]. В XII в. его листья расширяются и раздваиваются еще больше. Образец в Вабкенте наиболее близок к мечети Ну Гумбед в Балхе (или Хаджи Пайда) (англ. Haji Piyadah или Nuh Gunbad) (табл. 1). Эти растительные элементы никогда надолго не исчезали и часто используются в искусстве раннего ислама в новых формах.

Пальметта из Бухары наиболее близка к образцам стука из портальной ниши Северного мавзолея в Узгене XI–XII в. Пальметты там заключены в своеобразную аркаду из трех арочек (табл. 1). В целом этот прием характерен для искусства Газневидов, где древо, помещенное в арку, и многократно повторенное, перекликается с сасанидской схемой организации узора в аркаде [18, p. 2702, 2725].

Наиболее ранние примеры этого приема в раннеисламском искусстве Средней Азии можно увидеть в резных деревянных колоннах IX–X вв., обнаруженных в горных селениях реки Зеравшан. Среди них особое внимание привлекает колонна из села Курут. Из верхней части ствола выступают треугольные полочки, подобные одиночным сталактитам. Боковые поверхности плоские, а средние – вогнутые и украшены орнаментальной резьбой с изображением растительных побегов. Аналогичный растительный мотив находился на колонне Большой мечети в Мосуле (англ. Jami' al-Nuri al-Kabir) 1170–1172 гг. до разрушения (табл. 1) [22, figs. 15-16]. Аналог данного мотива повторяется и в колоннах из сел Оббурдон (нижняя часть ствола), Урмитан (капитель), в резном деревянном панно из Ашта. Его предельно схематичный, стилизованный вариант – внутри изогнутых лент резной доски из мазара в Оббурдоне (табл. 1).

Более сложную и детальную разработку пальметта получает в одиночных сталактитах упомянутого мавзолея Баба Хатим (англ. Baba Hatim или Salar Khalili) XI в. (табл. 1) [23, pls. XX-XXII].

Мотив вписанного в треугольник трилистника с симметричными полуакантами по сторонам

Мотив универсальный и случаев его применения в стуке не счесть. Он в огромном количестве обнаруживается в стуке Средней Азии, а также в карнизе минарета Пятничной мечети Наина (табл. 2). Фланкирующие раздвоенные листья аканта расширены и раздвоены, что характерно для XII в.

Сохранился в едва ли не единственном и сильно поврежденном фрагменте (табл. 3). Лиственный побег прошел долгую эволюцию в сасанидском искусстве. И к концу этого этапа было разработано четыре его типа. Образец из Вабкента скорее близок к третьему типу, который “seems of vine origin…but has been affected by the palmette” [21, p. 2699–2700]. Аналог встречается в том же регионе – во Дворце правителей Термеза XI–XII вв.

Обзор резного стука, приведенного в таблицах (табл. 1, 2, 3), позволяет поставить стук минаретов Вабкента и Бухары в один ряд с уже описанными и опубликованными орнаментами этого региона. Помимо указанных, к ним относятся: Пятничная мечеть в Ардистане (англ. Masjid-i’ Jami Ardistan), аль-Каср аль-Аббаси (англ. al-Qasr al-Abbasi), мечеть Магак-и ‘аттари, мавзолей Саманидов, Афрасиаб, Пятничная мечеть в Наине, стуковые панели из Рея и Нишапура. Резчики по стуку избирали мотивы, которые циркулировали по кругу известных им памятников (резьба по дереву, терракоте, камне).

Таблица 1 Мотив многоярусного растительного побега

1. Проведен стилистически анализ трех видов мотивов: многоярусный растительный побег (Древо жизни – пальметта), трилистник с симметричными полуакантами по сторонам, лиственный побег (описание). Установлено, что данные мотивы были широко разработаны в сасанидском искусстве Ирана и претерпели некоторые изменения в своей форме в искусстве раннего ислама. Мотивы имели широкое распространена в стуке Ирана, Ирака, Афганистана, Средней Азии IX–XII вв. (а также в терракоте и резном дереве) (аналоги). Этому способствовала географическая и историко-культурная общность регионов, по которым циркулировал один круг художественных идей. Из всего разнообразия разработанных мотивов мастера выбирали те, которые традиционно принято было вписывать в форму треугольника, арки, прямоугольника. Учитывая, что формы сталактитов ограничивали выбор мотивов, их набор для подобного рода декораций мог оставаться примерно одинаковым (определение места мотивов в общем ряду).

2. В Средней Азии существовала традиция стукового заполнения сталактитового пояса минаретов. И в XI в. мы застаем эту традицию как зрелую (отслеживание традиции). Доказательств тому несколько. Во-первых, данный декор применен в канонически утвержденной форме фонаря, которая оставалась стабильной с XI в. Во-вторых, первые прообразы сталактитов в Средней Азии зафиксированы в X в. А первые случаи их орнаментального заполнения в технике резьбы – в XII в. Однако мы не располагаем среднеазиатскими минаретами XI в., которые сохранили бы фонари-ротонды со сталактитовым карнизом (в распоряжении исследователя лишь описание фонаря Рабат-и Малик XI в.). В-третьих, самые ранние сталактиты X в., обнаруженные в Иране и Алжире, имеют орнаментацию [24, p. 33–48]. Эта традиция также могла прийти в Среднюю Азию с западной части Халифата. Однако примером влияния идей служит стуковая орнаментация карниза минарета Пятничной мечети в Наине и каменная в Сынык-кала. Оба памятника относятся к самому началу XI в. Узоры в сталактитах Бухары появится только через столетие. Следовательно, в этом промежутке могли существовать памятники, которые развивали эту традицию в регионе.

3. Отсутствие переходных памятников также может свидетельствовать в пользу альтернативной версии. Орнаментация карнизов именно в этой технике может быть исключением, и сталактиты принято было оставлять гладко отштукатуренными, как в минарете Баязида в Бистаме. О причинах подробнее изложено в тексте.

Автор выражает благодарность археологу Е.Г. Некрасовой за предоставленные фото материалы

¹В начале XII в. правитель Бухары Арслан-хан много занимается вопросами градостроительства. Построенный при нем минарет (1121) упал и разрушил две трети соборной мечети. В 1227–1229 гг. сооружен новый. О нем и пойдет речь в публикации.

²В нижнем ярусе проставлен 1196/67 г., а в верхнем 1198/89 г., чем уточняется продолжительность строительства.

³Причиной могло послужить то, что малочисленные фрагменты стукового орнамента, находясь на значительной высоте, долгое время были недоступны для фотографирования без специального увеличения. Высота минарета в Бухаре, по В.А. Нильсену, составляет 45,6 м., по Г.А. Пугаченковой и Л.И. Ремпелю – 45,3 м. в Вабкенте 41 м.

⁴Первое упоминание относится к бухарскому минарету: в публикации 1956 г. историк архитектуры В.А. Нильсен отмечает «красочные своеобразные рисунки» в нижнем поясе сталактитов [цит. по: 20, c. 91]. Спустя четыре десятилетия его краткое замечание привлекло внимание архитектора С.Г. Хмельницкого. Приводя эту цитату, он сопровождает ее следующим комментарием: «из этих кратких слов нельзя, к сожалению, понять, о чем конкретно идет речь» [цит. по: 18, c. 138]. Вот, пожалуй, и все упоминания стука бухарского минарета за более чем полувековую историю его изучения. Стук вабкентского минарета был подробно описан в 1994 г. американским искусствоведом Бернаром О’Кейном (Bernard O’Kanе). Им опубликованы фотографии фонаря с орнаментальными вставками, приведены аналоги орнамента [4, p. 49]. Пожалуй, эта информация представляет наибольший интерес и ценность. Из последних стоит отметить публикацию А. Арапова (2013), не добавляющую, впрочем, к уже известным фактам о стуке что-либо новое [3, p. 199].

⁵Данная работа не ставит целью ответить на вопрос о происхождении этой традиции в Средней Азии, учитывая то, что место происхождения самих сталактитов до сих пор остается дискуссионным.

⁶Трехчастный по форме (цоколь, ствол и фонарь), он представляет собой круглую в плане башню, сужающуюся кверху.

⁷На это указывает караван-сарай XI в. – Рабат-и Малик, расположенный между Бухарой и Самаркандом. Его юго-западная башня имела «фонарь из ряда арок, то есть нечто, подобное верхушке известного бухарского минарета» [цит. по: 9, c. 9] со сталактитовым карнизом, оштукатуренным стуком, но без сохранившихся к началу археологических работ узорных вставок (подробнее об этом далее в тексте). Об облике фонаря известно из описания и рисунка. оставленного австрийским ученым А. Леманом, побывавшим в Бухаре и ее окрестностях в 1841–1842 г. (опубликован в его труде A. Lehmann. Beiträge zur Kenntniss des Russischen Reiches und der angränzenden Länder Asiens Alexander Lehmann's Reise nach Buchara und Samarkand in den Jahren 1841 und 1842, St.-Pet., 1852). Данное мнение безоговорочно поддерживается исследователями памятника С.Г. Хмельницким, Б.Н. Засыпкиным и Н.Б. Немцевой. Последний автор лично сообщила автору, что башня с фонарем могла использоваться как минарет, хотя практической нужды в том не было.

⁸К примеру, для Ирана, напротив, характерно венчание в виде открытого балкона.

⁹Считается как бы уменьшенной копией своего бухарского предшественника (по принципу строения и декорирования).

¹⁰Известно, что до 1920 г. карниз в Бухаре был пятиярусным, но при взятии города Красной Армией снаряд повредил фонарь. Спустя три года восстановлен местным мастером Абдул-Кадыр Бакиевом, который оставил три яруса сталактитов вместо пяти из-за опасности технически не справиться с сильным выступом [9, с. 221]; [12, с. 14]. Какие-либо документы по этой реставрации, которые могли бы описывать узорное заполнение верхнего карниза, отсутствуют (насколько известно автору). Возможно, еще в XII в. сталактиты были оставлены пустыми намеренно ввиду слабой защищенности этой части ротонды от воздействия внешней среды. Либо узоры были, но не сохранились до 1920 г. ввиду все той же слабой защищенности верхней части.

¹¹С IX по XII столетие эта техника пережила наибольший расцвет. К этому же периоду относится весь ряд разработанных орнаментальных мотивов домонгольского искусства этого региона.

¹²Судя по известным первым мукарнасам из Нишапура в Иране и Каср аль-Салам (англ. Qasr al-Salam ) в Алжире, традиция их орнаментального оформления существовала еще в X в. Что касается предшественников в самой Средней Азии, то один из самых ранних сталактитовых карнизов (прямой прототип поздних сталактитовых декораций) расположен в 60 км от Бухары, в мечети Деггарон конца IX – начала X в. у селения Хазара. Одиночные сталактиты также обнаружены в 190 км восточнее Бухары, где находится мавзолей Араб-ата 977–978 гг. в селении Тим (южнее города Каттакурган). А в самой Бухаре находится мавзолей Саманидов 892–942 гг., паруса которого, как считается, содержат прообразы первых сталактитов.

¹³Согласно пояснению археолога Н.Б. Немцевой (работавшей над этим памятником много лет и посвятившей ему монографию), данному автору этой публикации.

¹⁴К ним относятся: минарет Кутлуг Тимура (Куня-Ургенч, Туркменистан, датировки варьируются в диапазоне XI–XIV вв., ранее имел деревянный фонарь), Северный минарет в Мисриане (Туркменистан. древнейший датированный в Средней Азии, 1004/05 г.), башня Бурана (Кыргызстан, конец Х – начало XI в.), минарет в Узгене (в 260 км от башни Бурана, 2-я пол. XII в., первоначальное венчание утрачено, нынешнее сложено в 1923 г. из европейского кирпича и отдаленно имитирует традиционную для XII в. форму фонаря), сырцовые минареты верховьев Зеравшана (в Рарзе, Фатмеве, Захматабе, Таджикистан, X–XI вв., верхние части (предположительно деревянные) не сохранились).

¹⁵Например, в Иране: минареты Пятничной мечети в Савэ (англ. Manar-i Masjid-i Jami' Savah) 1110 г., мечети Тарик-хане в Дамгане (англ. Masjid-i Tarik Khana) 1028 г., Пятничной мечети в Семнане (англ. Masjid-i Jami' Simnan) 1026–1073 гг., минарет Сарбан в Исфахане (англ. Manar-i Sarban) 1130–1155 гг., минарет в комплексе Санг-Баст (англ. Arslan-i Jazib Gunbad-i или Mil-i Ayaz Minaret) 997–1028 гг. В Афганистане: минарет в Даулатабаде (Деварги) (англ. Dawlatabad Minar) 1073–1074 гг., особняком стоит минарет в местности Джам в Афганистане (англ. Jam Minar) 1174/75 или 1193/94 гг. Карнизы из кирпича и стука сохранились, но следов орнамента нет (согласно данным автору пояснениям археолога Дэвида Томаса (David Thomas).

¹⁶Подобный фонарь-ротонда с карнизом может появиться в результате поздней перестройки, как в Пятничной мечети в Кашане (англ. Masjid-i Jami' Kashan) (первоначальное здание 1073–1074 гг. перестроено после 1778–1793), либо может быть результатом влияния (?), как минарет Баязида в Бистаме (англ. Manar Mashhad-i Bayazid Bastami) 1120–1121 гг. Форма венчания и сталактитовый пояс последнего – самый близкий аналог бухарского минарета. Однако он грубо отштукатурен и оставлен без орнаментального заполнения (возможно, работа не была закончена).

¹⁷Баку, Азербайджан, 1078–1079 гг.

¹⁸Датируется X – началом XI в.

¹⁹К известным автору исключениям в Средней Азии, помимо двух рассматриваемых минаретов, относятся: мавзолей Араб-ата, мавзолей Саманидов, Рабат-и Малик, мечеть Магак-и ‘аттари, мавзолеи Узгена.

²⁰Резное дерево.

²¹Резное дерево.

²²Терракота

Загирова Г.И. НОВЫЕ СВЕДЕНИЯ О СТУКОВОМ ДЕКОРЕ МИНАРЕТОВ БУХАРЫ И ВАБКЕНТА XII ВЕКА [Электронный ресурс] /Г.И. Загирова //Архитектон: известия вузов. — 2021. — №1(73). — URL: ссылка — doi: 10.47055/1990-4126-2021-1(73)-9