Theory of architecture

Architectural typology from the point of view of crime prevention

УДК: 721.05
Шифр научной специальности: 2.1.12
DOI: 10.47055/19904126_2025_4(92)_2
Type: RAR Scientific

Abstract

Введение

В числе работ, популярных среди профессиональных исследователей архитектуры, неизменно остаются книги Д. Джекобс, К. Линча, К. Александера [13, табл. 4], а также работы, посвященные средовому подходу, учитывающему окружение и социальные основы при проектировании [6, с. 360]. Все они, так или иначе, затрагивают проблему организации комфортной городской среды, показывая, какой вклад проектировщики могли бы сделать в обеспечение безопасности людей, в частности в их защиту от преступлений.

Преступления, спровоцированные городской архитектурной средой в целом и негативными особенностями отдельного архитектурного объекта в частности, активно рассматриваются в работах зарубежных исследователей, криминологов, социологов и проектировщиков; они связаны с многими проблемами: недостатком надзора, заброшенностью, отсутствием контроля доступа, специфической активностью, типом здания или местом, где оно расположено. Помимо фактически существующего уровня безопасности, существует и безопасность, воспринимаемая психологически, которая не менее важна. Существуют типы зданий, воспринимаемых как наиболее безопасные (в их число входят полицейские участки, кафе, рестораны, библиотеки, детские сады, спортивные залы) и наименее безопасные (парки, остановки транспорта, ночные клубы, казино, больницы, круглосуточные магазины и бары) [10, табл.1, с. 20]. Тот или иной тип зданий ассоциируется с его структурой, с заложенным в нее сценарием поведения. Сценарий этот может быть негативным изначально, может предполагать слишком большую вариативность и свободу, что при отсутствии ограничений также делает его негативным. Он может предполагать слишком большую жесткость и неудобство, что в итоге и превращает архитектурный объект в место заброшенное, неиспользуемое, или в место, привлекательное для преступников. Безопасность – один из критериев жизнеспособности объекта, из которого складывается его архитектурно-типологический потенциал [3, с. 103–107].

Поведение людей и образ их жизни должны учитываться в числе факторов, формирующих новые типологические структуры [3, с. 167]. Разные виды типологий берут за основу те или иные признаки: планировочную или пространственную организацию, облик, форму (рис. 1), но функциональная типология испытывает затруднение со сложными и многосоставными объектами, объемно-пространственная типология склонна упрощать модели объектов, а также характер процессов, происходящих внутри [1, с. 238–246]. Помимо этого, современная ситуация требует ответа на вызовы времени, когда архитектурный объект должен воплощать не только требования комфорта и гармонии, но и защиты как базовой человеческой потребности. Здесь необходимо отметить, что современная типология не учитывает категории защищенности объекта от преступных посягательств, хотя при проектировании это требование неизменно встает наряду с обеспеченностью инженерной и технологической. Наиболее перспективными с точки зрения защиты от преступности кажутся те типологические системы, которые учитывают вопросы проницаемости и контроля, т. е. организации структуры объекта, позволяющей их осуществлять.

Рис. 1. Типологический анализ. Виды типологий. Сост. Е.Р. Полянцева

Роль объемно-планировочных элементов в защите от преступности

По мере изменения требований к качеству, комфорту и уровню защищенности людей в городской среде сами типологические структуры также меняются. Соответственно, в пересмотре нуждается и подход к их формированию, и сама архитектурная типология. Испанский архитектор и теоретик архитектуры Рафаэль Монео писал о том, что в наше время архитектурному типу как таковому неизменно сопутствует фрагментация, т. е. разрушение, и он воссоздается за счет переосмысления связи между восприятием человека и его физической структурой: «Тип подразумевает наличие элементов, образующих типологическую серию, и, конечно, эти элементы сами по себе могут быть дополнительно рассмотрены и рассмотрены как отдельные типы» [12, с. 23]. «Традиционный типологический подход, пытавшийся возродить старую идею архитектуры, во многом потерпел неудачу. Таким образом, возможно, единственный способ, которым сегодня архитекторы могут овладеть формой, – это ее разрушение» [12, с. 41]. «В наши дни фрагментация, по-видимому, сопутствует типу; в конечном счете, это единственное оружие, оставшееся в распоряжении архитектора после того, как он наделил архитектурный объект его собственной уникальной идентичностью, при этом очень часто забывая о специфике архитектурного произведения» [12, с. 41].

Идея переосмысления прочитывается в работах самого Монео. Выделяя из объекта-прототипа наиболее существенные черты, его функциональные или морфологические составляющие, он приходит к новому их прочтению, воссоздавая и переосмысляя: первым этапом является абстрагирование типа, а на втором – его реставрирование и превращение в серию вариантов. В частности, он выделяет прототипы – элементы планировочной и формальной структуры, такие как арочные проемы, осевую планировку и масштаб членений средневекового готического собора, чтобы воссоздать их в здании Римского национального художественного музея [11, рис. 1–6].

Итак, современная типология уходит от устоявшейся трактовки таких составляющих архитектурного объекта, как конструкция, функция и форма [2, с. 35], что происходит за счет изменения масштаба, его сбивки, сращивания или переосмысления внешних и внутренних границ; все это также симптомы назревших изменений. Поэтому в современной типологии чаще поднимаются вопросы границ и их проницаемости, соотнесение границы с пространством, соотнесения физических и психологических границ [8, с. 19; 9, с. 13]. Принципиальной становится включенность объекта в контекст, диалогичность восприятия в противовес формализму, что приводит к всплеску интереса к феноменологии, т. е. непосредственному восприятию [7].

Восприятие закладывается в архитектуру как сценарий передвижения и перемещения, который претворен в жизнь при помощи базовых составляющих структуры объекта, пространств и связей между ними. Норвежский теоретик архитектуры Кристиан Норберг-Шульц писал о «пространстве» и его «характере» как составляющих «структуры места», а также о том, что любой архитектурный элемент может помогать осуществлять связь, визуальную или физическую (согласно Норберг-Шульцу, в архитектуре коннектор – это элемент, обеспечивающий непосредственную связь между пространствами, например дверь; фильтр – элемент, обеспечивающий частичную или косвенную защиту, например перголы, жалюзи, ламели; выключатель – элемент, регулирующий связь между пространствами, например окно, а барьер – это элемент, разделяющий пространства, например перекрытие, кровля, стена) [5; 14, с. 113].

Таким образом, в рамках феноменологии архитектурный объект рассматривается с точки зрения его физически пространственного переживания человеком. Структура в данном случае играет роль аналитического инструмента, обеспечивающего воспроизводимость и способность анализировать архитектурный тип [15; 16]. Включая в аппарат исследования защиту от преступных посягательств как требование, мы приходим к тому, что она обеспечивается в структуре архитектурного объекта за счет средств ограничения доступа, или, наоборот, элементов-связей, воплощающих упомянутый сценарий передвижения. Эти элементы планировочной структуры, барьеры и коннекторы, определяют динамику взаимоотношений «индивид–объект–окружающая среда» [17, с. 2–4].

Типологизация архитектурных объектов с точки зрения защиты от преступных посягательств

С точки зрения защиты от преступлений важны такие качества, как обеспечение возможности контроля доступа и проницаемость, т. е. обеспечение возможности наблюдения. Рассматриваемый таким образом архитектурный объект будет представлять собой иерархически строящуюся пространственную систему. Рассматриваемые составляющие ее будут следующие: пространства, обладающие границами, и соединения между ними, или коммуникации. Границы, в свою очередь, могут характеризоваться проницаемостью, физической и визуальной, а коммуникации – способностью контролировать доступ, делая его общим или ограниченным, это регулируется элементами контроля, или «выключателями», т. е., согласно типологии К.Норберга-Шульца, элементами, регулирующими связь (рис. 2).

В зависимости от доступности и проницаемости, архитектурные объекты будут обладать следующими вариантами структуры:

1. Открытая одноуровневая структура: все пространства и связи (коммуникации) доступны одинаково, отсутствие изолированных пространств.

2. Закрытая одноуровневая структура: все пространства обладают ограниченным доступом, присутствует контроль доступа на всех этапах, связи также контролируются.

3. Многоуровневая структура: наличие пространств с общим, частичным доступом или полностью ограниченным доступом, при этом существуют общие связи (коммуникации).

4. Разветвленная структура: пространства и коммуникации объединяются в уровни общего или контролируемого доступа.

5. Сложная структура с защитой уязвимых пространств: присутствует многоуровневая система вложенных пространств, которые различаются по доступности. Общедоступные внешние коммуникации, ограниченно доступные внутренние во вложенных пространствах.

Рис. 2. Рассматриваемые составляющие структуры архитектурного объекта. Сост Е.Р. Полянцева

При проектировании защищаемых архитектурных объектов могут использоваться следующие принципы:
- соответствия угрозам и рискам криминального характера, которые могут быть выделены на этапе предварительного анализа с целью определения обычных и кризисных сценариев передвижения внутри архитектурного объекта;
- баланс между проницаемостью и защитой внутри архитектурного объекта, необходимый для оптимизации передвижений и минимизации конфликтов между пространствами разного назначения;
- гибкость и масштабируемость структуры дает возможности адаптации под новые задачи и обеспечивает простоту внесения изменений.

Выработаны следующие критерии выделения типа с точки зрения барьерного типологического подхода:

1. Уровень проницаемости: высокая (легкий доступ внутрь и наружу, минимальные барьеры, равнозначность пространств), средняя (частично контролируемый доступ, есть пространства ограниченного доступа, внутри структуры объекта комбинируются визуально открытые и закрытые пространства), низкая (доступ для определенных групп людей, контроль происходит на каждом этапе и при передвижении между разными функциональными/планировочными блоками, помещения визуально изолированы, проницаемость только в пределах связей между пространствами).

2. Тип обеспечения возможности наблюдения: внешнее наблюдение (открытость коммуникаций и пространств, их визуальная проницаемость, хорошая освещенность, активное использование прилегающей территории), внутреннее наблюдение (открытые внутренние распределяющие коммуникации, контроль внутренних коммуникаций) и смешанное, объединяющее черты двух типов.

3. Степень адаптации к криминальным угрозам: высокая (гибкое архитектурное решение, прогнозирование угроз, учет сценария восприятия и сценария передвижений), средняя (регулярный пересмотр мер защиты, базовые продуманные сценарии передвижения, выделение общедоступных и ограниченно доступных пространств) и низкая (жесткие структуры, отсутствие защитных механизмов, элементов контроля и наблюдения).

Таким образом, новый типологический подход будет учитывать как морфологию архитектурных объектов, так и средства обеспечения безопасности (рис. 3).

Морфология, отходя от традиционного формального описания, при новом подходе будет ориентироваться на пространственно-физическое описание, т. е. ориентированное на непосредственное взаимодействие человека и архитектурного объекта, которое проявляется в сценарии передвижения. Пространственно-физическое описание учитывает встроенные механизмы защиты – контроль доступа, наблюдение, а также реакцию на угрозы, т. е. локальное усиление границ, улучшение освещения, дополнительные точки контроля и т. д.

Помимо пространственно-физического описания, опирающегося на барьеры и стимулы как ограничение и поощрение движений, для нового типологического подхода будет важно описание объекта, ориентированное на восприятие, что проявляется в структуре как сценарий восприятия. Восприятие людьми архитектурного объекта, учитывая социокультурные особенности, предусматривает оценку ими потенциальных криминальных рисков и угроз (не обязательно актуальных фактически).

В свою очередь, средства обеспечения безопасности также будут делиться в соответствии с этими двумя описаниями на средства ее физического обеспечения, т. е. планировочные элементы, такие как стены, перекрытия и другие барьеры, и воспринимаемого, опирающегося на психологическое интуитивное восприятие и более общее социальное, которое может быть основано на изучении статистики.

Рис. 3. Составляющие нового типологического подхода. Сост. Е.Р. Полянцева

В качестве практических рекомендаций по использованию нового типологического подхода можно предложить следующие:

- на первом этапе определение пространств с разным уровнем доступа, под которыми подразумеваются общественные пространства, куда могут попадать любые посетители без предварительного контроля, затем ограниченно доступные, попадая в которые, люди проходят предварительный контроль, и закрытые, к которым относятся пространства для размещения систем жизнеобеспечения здания, места хранения ценных активов и другие критически важные и уязвимые точки;

- на втором этапе происходит организация коммуникационного каркаса. При этом важно продумать сценарии передвижения между пространствами разного уровня доступа, разработать связи между пространствами как в пределах уровня доступа, так и между имеющими разную доступность. Важные сопутствующие особенности – это интегрированный в планировку сценарий передвижения, присутствие навигации, возможности визуальных связей для ориентации внутри одного уровня доступа, использование визуальных и физических барьеров для разграничения разных уровней доступа;

- на третьем этапе происходит интеграция вторичных элементов обеспечения безопасности. К ним можно отнести, согласно К. Норбергу-Шульцу, элементы-фильтры, обеспечивающие частичную или косвенную защиту, и элементы-выключатели, регулирующие связь между пространствами, и обеспечивающие разную степень проницаемости связей;

- на четвертом этапе происходит оценка развития архитектурного объекта во времени, при которой учитывается возможность его расширения, перепланировки, возможностей автономного использования отдельных пространств, и продумываются возможности адаптации к меняющимся потребностям общества.

Заключение

В процессе анализа изучены ключевые работы в сфере архитектурной типологии, что позволило сформулировать возможные направления будущего развития данной области. В ходе работы выявлены недостатки существующего функционально-типологического подхода: сложности с категоризацией и анализом многосоставных объектов, упрощение моделей и происходящих в зданиях процессов, непринятие во внимание особенностей проницаемости и связности пространств, отсутствие связи с защитой от преступности.

Предложены средства типологизации архитектурных объектов с точки зрения защиты от преступных посягательств и критерии выделения типа для их преодоления: уровень проницаемости структуры, тип возможности наблюдения и степень адаптации к криминальным угрозам.

Исследование показало, что такие характеристики, как контролируемость и проницаемость архитектурной структуры, оказывают положительное воздействие на восприятие безопасности в пространстве. Были также выделены определенные особенности объектов, которые напрямую влияют на их защитные функции в контексте преступной активности: интегрированный в планировку сценарий передвижения, присутствие навигации, возможности визуальных связей для ориентации внутри объекта, использование визуальных и физических барьеров для разграничения разных уровней доступа.

В статье подробно рассмотрено, как архитектурные объекты могут быть структурированы с учетом встроенных в них механизмов контроля: описаны варианты одноуровневой структуры, закрытой и открытой, многоуровневой, разветвленной и сложной. Таким образом, данное исследование не только предлагает новые взгляды на теоретические аспекты архитектурной типологии, но и открывает пути для практических решений в области повышения безопасности архитектурных объектов.

References

1. Boranov, S.S., Malakhov, S.A. (2018) Typology of architectural models motivating the emergence of the archeological function. In: Traditions and innovations in construction and architecture. Urban planning. Collection of articles. Edited by M.V. Shuvalov. Samara, pp. 238-247. Available at: https://www.elibrary.ru/download/elibrary_36364315_80058114.pdf  (in Russian)

2. Gelfond, A.L. (2023) Typological aspects of architectural environment dematerialization. Modern architecture of the world, No. 1 (20), pp. 33-56. Available at: https://www.elibrary.ru/download/elibrary_54159644_61178109.pdf. DOI: 10.25995/NIITIAG.2023.20.1.002 (in Russian).

3. Gelfond, A.L. (2021) Riddles of the architectural typology of abandoned objects. Theory and history of architecture, No. 3, pp. 88-113. Available at: http://sectioaureaseries.org/uploads/releases_PDF/003/005.pdf  (in Russian).

4. Generalov, V.P., Generalova, E.M. (2021) Lifestyle, architecture and quality of the urban environment. Urban development and architecture, No. 1 (42), pp. 160-168. Available at: https://www.elibrary.ru/download/elibrary_44907286_28368813.pdf . DOI: 10.17673/Vestnik.2021.01.20 (in Russian).

5. Kiyanenko, K.V. (2008) On the Phenomenon, Structure and Spirit of Place at Christian Norberg-Schulz. Architectural Bulletin, No. 3. pp. 98-101. Available at: https://www.researchgate.net/publication/329963104_O_fenomene_strukture_i_duhe_mesta_u_K_Norberg-Sulca_On_the_Phenomenon_Structure_and_Spirit_of_Place_at_Christian_Norberg-Schulz_Arhitekturnyj_vestnik_-_2008_-_No3_-_S98-10 . (in Russian).

6. Kiyanenko, K.V. (2023) Foreign anthologies on the theory of architecture: an analytical review. In: Science, education and experimental design. Proceedings of MArchI. Materials of the international scientific and practical conference. Moscow, pp. 357-360. Available at: https://www.elibrary.ru/download/elibrary_65441516_63170754.pdf . (in Russian).

7. Nevlyutov, M.R. (2021) Phenomenological concepts of modern architectural theory. PhD dissertation (Architecture). Nizhny Novgorod State University of Architecture and Civil Engineering (in Russian)

8. Rappaport, A.G. (2024) Space and its form. Project Baikal, No. 82, pp. 18-21. Available at: https://www.elibrary.ru/download/elibrary_79697739_49101388.PDF  (in Russian).

9. Yavein, O.I. (1982) The Problem of Spatial Boundaries in Architecture.  Ph.D. dissertation (Architecture).  Moscow Institute of Architecture. 188 p. Available at: https://rusneb.ru/catalog/000200_000018_rc_966424/ . (in Russian).

10. Cozens, P., Stocks, F. (2025) Exploring Land Use, Crime and Perceptions of Crime in a Retail Setting: Implications for Crime Prevention Through Environmental Design (CPTED). The CPTED Journal of The International CPTED Association. Available at: https://www.researchgate.net/publication/390470472_Exploring_Land_Use_Crime_and_Perceptions_of_Crime_in_a_Retail_Setting_Implications_for_Crime_Prevention_Through_Environmental_Design_CPTED .

11. Ming, H., Jingyi, Q. (2019) Study on the Theory of Rafael Moneo Architectural Typology. IOP Conference Series Materials Science and Engineering,  No. 592(1): 012105. Available at: https://www.researchgate.net/publication/335725874_Study_on_the_Theory_of_Rafael_Moneo_Architectural_Typology. DOI:10.1088 /1757-899X/592/1/012105

12. Moneo, R. (1978) On Typology. A Journal for Ideas and Criticism in Architecture,  No.18, pp. 23–45. Available at: https://www.academia.edu/31767107/Moneo_2c_rafael_on_typology .

13. Vergara Perucich F. (2024) Form and typology: systematic review in architectural publications (preprint). Available at: https://www.researchgate.net/publication/381505634_Form_and_typology_systematic_review_in_architectural_publications . DOI:10.20944/preprints202406.0928.v1

14. Norberg-Schulz, C. (1966) Intentions in architecture. Cambridge, Mass., M.I.T. Press. Available at: https://thelib.net/1738025-intentions-in-architecture.html 

15. Yankovskaya, Y., Datciuk, T., Kondratieva, L., Mangushev, R. (2020) Structure, adaptability and security of an architectural object. E3S Web of Conferences. Topical Problems of Green Architecture, Civil and Environmental Engineering, TPACEE 2019. Available at: https://www.e3s-conferences.org/articles/e3sconf/pdf/2020/24/e3sconf_tpacee2020_05007.pdf  .

16. Yankovskaya, Y., Zavarikhin, S., Kurbatov, Y., Pukharenko, Y. (2020). Theory of architectural morphogenesis (to the development of ideas of the phenomenological school).  E3S Web of Conferences. Topical Problems of Green Architecture, Civil and Environmental Engineering, TPACEE 2019. Available at: https://www.e3s-conferences.org/articles/e3sconf/pdf/2020/24/e3sconf_tpacee2020_05024.pdf .

17. Yankovskaya, Y.S., Merenkov, A.V. (2017) Image and Morphology in Modern Theory of Architecture. IOP Conference Series: Materials Science and Engineering. Available at: https://iopscience.iop.org/article/10.1088/1757-899X/262/1/012134/pdf. DOI: 10.1088/1757-899X/262/1/012134

Citation link

Polyantseva, E.R. Architectural typology from the point of view of crime prevention //Architecton: Proceedings of Higher Education. – 2025. – №4(92). – URL: http://archvuz.ru/en/2025_4/2/  – DOI: https://doi.org/10.47055/19904126_2025_4(91)_2 

© Polyantseva E.R., 2025
Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons "Attrubution-ShareALike" ("Атрибуция - на тех же условиях"). 4.0 Всемирная